Палата № 69

Руки машинально потянулись к нему и извлЕкли толстую тетрадь, переплетённую в коричневую кожу. Длинные пальцы с ухоженными ногтями перелистывали страницы, пока не добрались до чистых страниц. Это был его дневник. Как часто он спасал его, когда, не имея привычки делиться переживаниями с другими, вписывал в него свою душу…»

– Вот его душу мать! Подойдя к столу, он сел! КанделябрЯ полная! Руки машинально извлЕкли! Умора! Это я еще на Петросяне со Степаненкой сэкономлю! Не потрахаюсь, так поржу! А может, еще и потрахаюсь, чем Кривобоков не шутит! – захохотал Артамонов и в прихрамывающем грузинском танце прошёлся по палате: – Вот свезло мне! Ай, свезло! Асса!

Зулейха, бросив чтение, испуганно наблюдала за буйным соседом, который, сделав круг, снова навис над Кривобоковым.

– Ну, и чего? Как он? Оживает?

Напряжение явственно читалось на бледном лице слушателя. Веки были напряжены, словно он терпел давнюю боль, к которой почти привык.

– По-моему, он хочет в туалет.

По очень большому и очень давно! – вынес вердикт Артамонов.

– Да, да, щас щас! – засуетилась Зуля, доставая из-под кровати утку.

– Так, я за вещами! – брезгливо сморщившись, выскочил из палаты Артамонов.

Зуля едва закончила гигиенические процедуры, когда новый сосед ввалился с хохотом, сумками и стулом.

– Это шестьдесят девятая палата, прикинь! Номер у нее такой! Аха-ха! Тебе не смешно, Зуль? А ему? Ему стопудов смешно. Тот ещё ходок был. Когда ходил .

Не под себя, а налево! – Артамонов затряс хохотом стул. – Я тебе креселко приволок, присаживайся.

Он приткнул пластиковый стул в ногах писательской недвижимости. Зуля в нём тут же угнездилась, а Артамонов завалился поверх одеяла на своё новое койко-место, но сразу сел: – Не, так я его не вижу. Надо шестьдесят девять. Мы ж в какой палате! – Он перелег наоборот, проверил обзор, растянулся, с кряканьем пошевелил пальцами ног в носках «найк».

– Какой же кайф, Зуленька! Ты себе не представляешь! Носишься, носишься как раненая в жопу рысь, одно заткнешь, другое валится.

И тут вдруг бах-бабах! Авария, перелом со смещением, больничка, операция, другая больничка. Кажется, ну всё, жизнь кончилась, пришёл пиздец! А, оказывается, у всего этого есть и другая, наиприятнейшая сторона. Лежу, тепло, светло, питание трехразовое, постель чистая, девушки вокруг красивые, а ежели куда позовут, я и на одной ноге допрыгаю.