Звезды нас ждут

Ей снились его глаза, жаркие его губы, часто она просыпалась, будто чувствуя прикосновенье его рук… И не могла принять решение.

На Новый год он пригласил ее в областной центр. Они снова встретились и … плотина рухнула! Они упивались своим счастьем, смеялись и прыгали, как дети. А как он кружил, кружил ее в танце!…

У нее захватывало дух, сердце трепетало, как листочек на ветру. И она отдалась своему счастью с порывом семнадцатилетней девушки.

Все случилось в их жизни. Жаркие поцелуи, переходящие в стон, и полет в невесомости из-за прилива в крови бешеного адреналина от осознания совершенного греха…

Так незаметно пролетело два дня, ей нужно было вернуться домой и решить все вопросы.

Женщина уже не могла лежать в постели с человеком, мужем и отцом ее ребенка, ставшим для нее чужим…

Когда она вошла домой и прошла на кухню, увидела красные от бессонницы глаза мужа, ее сердце сжалось, и только успела подумать: «Как я ему все скажу… Он и так, наверное, все понимает».

– Чай будешь? – хрипло спросил он ее.

– Пожалуй, я с дороги…

Он молча достал чашки, налил из чайника заварку, наполнил кипятком, а сверху долил молоком, как они часто делали.

Она зашла в спальную, быстро скинула с себя одежду и, надев легкий халат, вышла к столу.

– Я пытать не буду, сама расскажешь все? – спросил обманутый муж.

– Да, что рассказывать, Егор. Разводиться нам надо… – ответила Валя тихо.

– Получается, прилетел какой-то щегол, запудрил тебе мозги, а ты уши и развесила! Восемнадцать лет жизни коту под хвост!

– Егор, не обижайся, я уже давно не люблю тебя.

Не хочу остаток жизни прожить без надежды на счастье …

– Хороша же ты! А о дочери подумала?! – выкрикнул он в отчаянии, как утопающий, пытающийся схватиться за соломинку.

– Она у нас самостоятельная, все поймет. И суп сварит, и полы помоет… А с учебой я ей помогу.

– Так, значит, ты уже всё решила, и дочь оставляешь со мной?

– Давай, Егор, спросим у нее: как скажет, так и будет.

Он ничего не ответил, только сильнее сгорбился и как будто весь осунулся, молча уткнулся в одну точку.

Она и сама переживала, боясь еще больше ранить его, где-то в глубине души таилось тепло: вспомнила, как они гонялись друг за другом по свежевыкошенному лугу, а маленькая Вера смеялась и протягивала им руки… И вот теперь она оставит этот родной очаг, любящего ее до сих пор мужа, взрослую дочь, так похожую на нее… и сердце рвалось из груди, и комок подкатывал к горлу.