Последний сеанс

Ему ответил голос миссис Динсмид. Он звучал слишком слабо, и Мортимер не разобрал слов, но Динсмид ответил:

– Почти шестьдесят тысяч фунтов, сказал поверенный.

Мортимер не собирался подслушивать и в задумчивости повернул обратно. Упоминание о деньгах проясняло ситуацию. Каким-то образом стоял вопрос о шестидесяти тысячах фунтов, это делало ситуацию яснее – и безобразнее.

Магдалена вышла из дома, но голос отца почти сразу же позвал ее, и она вернулась в коттедж. Вскоре сам Динсмид вышел к гостю.

– На редкость славное утро, – добродушно произнес он. – Надеюсь, ваша машина не слишком пострадала.

«Хочет выяснить, когда я уйду», – подумал про себя Мортимер.

А вслух еще раз поблагодарил мистера Динсмида за гостеприимство в трудный для него момент.

– Не стоит благодарности, не стоит благодарности, – ответил тот.

Магдалена и Шарлотта вместе вышли из дома и прошли рука об руку к грубой скамье, стоящей неподалеку. Черноволосая и золотистая головки вместе составляли приятный контраст, и под влиянием порыва Мортимер сказал:

– Ваши дочери совершенно не похожи друг на друга, мистер Динсмид.

Рука хозяина, который как раз раскуривал трубку, резко вздрогнула и выронила спичку.

– Вы так думаете? – спросил он. – Ну да, наверное, вы правы.

Мортимера осенила догадка.

– Но, разумеется, не обе они ваши дочери, – непринужденно произнес он.

Он увидел, как Динсмид взглянул на него, мгновение поколебался, а потом решился.

– Вы очень проницательны, сэр, – ответил он.

– Вопрос о наследстве? – спокойно высказал предположение Мортимер.

Собеседник бросил на него подозрительный взгляд.

Затем он, по-видимому, решил, что лучше всего быть откровенным, и заговорил, почти агрессивно и открыто:

– Странно, что вы это сказали, сэр.

– Случай телепатии, а? – улыбнулся Мортимер.

– Дело вот в чем, сэр. Мы взяли ее к себе, чтобы выручить мать – за вознаграждение, так как в то время я только начинал свой строительный бизнес. Несколько лет назад я заметил в газете объявление, и мне показалось, что ребенок, о котором там говорилось, – это наша Магдалена. Я пошел к поверенным, и мы с ними много беседовали, обо всем. Они отнеслись ко мне с подозрением, это естественно, но сейчас все прояснилось.