Последний сеанс

– Говорят, у нее есть талант, – продолжала мисс Слейтер. – Я не понимаю этого. Я всегда считала ее… ну, Рауль, ты и сам знаешь, она всегда была глупой девочкой.

Я кивнул.

– Она иногда ведет себя так странно, и я не знаю, как это понимать.

Через несколько минут я зашел в наш зал для занятий. Фелисия играла на пианино. Она играла ту мелодию, которую я слышал в Париже, ее пела Аннет. Понимаете, мсье, я был потрясен. А затем, услышав, как я вошел, она внезапно бросила играть и оглянулась на меня насмешливым и умным взглядом.

На мгновение я подумал… ну, я вам не скажу, что подумал.

– Ну и ну! – воскликнула она. – Так это вы, мсье Рауль!

Не могу вам описать, как она это произнесла. Для Аннет я никогда не переставал быть «Раулем». Но Фелисия, с тех пор когда мы встретились уже взрослыми, всегда обращалась ко мне «мсье Рауль». Однако теперь она произнесла это иначе, как будто слово «мсье», слегка подчеркнутое, было очень забавным.

– Ну, Фелисия, – запинаясь, произнес я.

 – Ты сегодня совсем иначе выглядишь.

– Неужели? – задумчиво спросила она. – Это странно. Но не будь таким серьезным, Рауль, – я буду называть тебя просто Раулем, разве мы не играли вместе детьми? Жизнь создана, чтобы смеяться. Давай поговорим о бедняжке Аннет, о той, которая умерла и была похоронена. Интересно, она в Чистилище или где?

И она напела отрывок из песни, довольно фальшиво, но мое внимание привлекли слова.

– Фелисия! – вскричал я.

 – Ты говоришь по-итальянски?

– А почему бы и нет, Рауль? Возможно, я не такая глупая, какой притворяюсь. – И она рассмеялась, словно разыграла меня.

– Я не понимаю… – начал я.

– А я тебе объясню. Я очень хорошая актриса, только никто об этом не подозревает. Я могу играть много ролей, и играть их отлично.

Она опять рассмеялась и быстро выбежала из комнаты, прежде чем я успел ее остановить.

Я увидел ее снова перед отъездом. Она спала в кресле, при этом сильно храпела.

Я стоял и смотрел на нее, зачарованный и одновременно полный отвращения. Вдруг она резко вздрогнула и проснулась. Ее взгляд, тусклый и безжизненный, встретился с моим взглядом.

– Мсье Рауль, – механически пробормотала она.

– Да, Фелисия, я уезжаю. Сыграешь для меня еще раз перед отъездом?

– Я? Сыграть? Вы надо мной смеетесь, мсье Рауль.

– Разве ты не помнишь, как играла для меня сегодня утром?

Она покачала головой.