Алая быль

Потянулся лениво, с кошачьей грацией и спросил чуть виновато:

– Может, передумаешь, Жито? Вдруг, я удар не удержу?

Дредай оглушительно захохотал, глядя на тщедушного по сравнению с огромным напарником паренька:

– Можешь не сдерживаться, видящий. Об Жито не одна оглобля была сломана. И, как видишь, живой и здоровый он.

Сам Жито засопел и повёл бычьей шеей. Пробасил примиряюще:

– Я тебя сильно бить не буду, Стера.

Видящий улыбнулся застенчиво и кивнул:

– Тогда и я поостерегусь.

Волкодавы разошлись, оставив двух поединщиков друг против друга.

Хват поднял руку и скомандовал:

– Начали!

А потом невероятное произошло. Стера смазался весь, превратившись в белобрысый вихрь. Буквально мгновение минуло, а Жито лежал на земле, хватая ртом воздух, да Стера стоял над ним виновато, разжимая кулаки.

– Вот это вот пирожки с котятами! – испуганно и восхищённо произнёс Дредай. – Я такого отродясь не видывал, братцы!

Даже Хват, будто не доверяя увиденному, протёр глаза и сказал:

– Это ты и Ауку мог безо всяких сетей нашинковать, а?

Стера вновь смущённо улыбнулся:

– Мы нежить в самом крайнем случае сражаем.

Ежели на пути встретится и надо людей оборонить. Специально за ней не гоняемся. Наше дело – духи.

Буеслав оторопело смотрел на белобрысого паренька и выдохнул вдруг:

– Это же ты меня там, на пруду, запросто убить-то мог?

– Да почему? – с досадой спросил Стера, – Я ж говорю – мы с людьми не сражаемся!

– И слава Богу, – пробурчал Хват, мотнув головой.

 – Впрочем, люди тоже видящих не трогают никогда!

– Жизнь человека священна, – Стера закинул вновь заплечный мешок, помог подняться Житу и спросил: – Пойдём, что ли? Солнце уже сядет скоро. А до ближайшего хутора ещё две версты топать.

– Откуда знаешь? – спросил Буеслав.

– Шиш сказал, что впереди поселение из трёх дворов. Явно хутор, не деревня и не село.

Жито выдохнул и сказал:

– Так давайте поторопимся! Надоело в полях ночевать, да комарьё кормить! Хочу уже на сеновал!

– И кашки бы похлебать, – мечтательно подкатил глаза Дредай.

– С тыквой? Вот та-а-акой? – развёл руки в стороны и спросил Стера, и степь вновь огласилась раскатистым хохотом волкодавов.

Компания ходко пошла по дороге, и минут через двадцать уже подходила к зажиточному хутору. То, что хутор был зажиточный, виделось сразу. По добротным заборам-частоколам из крупных, хорошо ошкуренных брёвен. И по выглядывающим из-за заборов крышам бревенчатых изб.