Алая быль

Хват сплюнул, посмотрел на раненых и решил:

– Буеслав, эти всё равно не жильцы…

Молодой волкодав кивнул понятливо, выхватил клинок, махнул два раза и головы татей, отделённые от тела, покатились прочь.

– А с этими тремя что? – Буеслав, будто и не убил только что двоих, говорил спокойным голосом. Даже жилка нигде не дрогнула. И Стера, только одевший рубаху, подивился хладнокровию невольного попутчика.

– Этих четвертовать будем, – будто удивился даже Хват, – Они на видящего оружие подняли! Хотя знали, кто он!

– Может, не нужно убивать? – несмело спросил Стера.

– И что же нам с ними делать? – вылупился на видящего Хват.

– Властям сдать, – развёл руками смотрящий.

– Властям? – расхохотался вдруг Дредай, – А знаешь, что власти с ними сделают?

– Что же? – не понимая причины веселья волкодава спросил видящий.

– За разбой и смертоубийство, учинённые здесь, им итак четвертование грозит. А вот за нападение на видящего кара самая страшная – свинец раскалённый в глотки будут заливать, – охотно пояснил Хват, – Потому мы им милость окажем, если четвертуем здесь и сразу.

– Это по закону? – Стера застегнул рубаху, наклонился, взял флягу и принялся жадно пить.

– По закону, – кивнул Дредай, и оживился сразу, заговорил быстрее: – А знаешь, как свинец в глотку заливают? Я видел как-то. Огромная воронка в рот засовывается, и туда льют свинец понемногу. А преступник к столбу привязан плотно.

И он даже орать не может. Ему ж свинец выжигает всё: глотку, лёгкие, желудок! Он дёргается у столба привязанный и дымится! И шипит. И непонятно, то ли свинец шипит, то ли преступник шипит тем, что от горла осталось. Жуткое зрелище.

Один из связанных разбойников замычал, задёргался дико, и Стера понял, что тот услышал последний рассказ Дредая.

– Так четвертовать зачем? – дёрнул кадыком Стера, – Может, быстрее как?

– В назидание другим, – хмуро обронил Хват, достав секиру и пробуя пальцем на остроту: – Чтобы остальные тати знали, что банда такая-то пыталась хутор захватить, и их живыми на куски порубали! В их среде быстро такое разносится!

Стера помялся немного и спросил:

– Можно, я не буду смотреть?

Буеслав хотел было пошутить про слишком нежного видящего, да прикусил язык вовремя.

Вспомнил, как Стера с голыми руками на троих разбойников кинулся. И не просто кинулся, а победил их.