Алая быль

Слишком тяжело повисла последняя фраза в июньском мареве…

Глава 17

Полумрак тесной кельи, освещённой двумя свечками, дрожал и клубился по углам таинственной вязью. За столом сидел иеромонах Лука и строго смотрел на Стеру. Молодой видящий, впрочем, довольно легкомысленно переминался с ноги на ногу и гладил Уголька, сидящего на плече.

– Когда ты уже станешь серьёзнее, Гай? – хмуро спросил иеромонах, – Опять на тебя кастелян жалуется.

– На меня? – распахнул от изумления голубые глаза видящий.

– Ну, не на тебя, а на твоего… зверя! – иеромонах отвёл на мгновение глаза, – Где ты его вообще взял-то?

– Так на одном из заданий, – начал рассказывать Стера, – Вы меня тогда отправили Игошу сразить! В Орешской губернии! Игоша тогда убил лесника со всей семьёй, а Уголёк остался. И, кстати, помог мне тогда. Он злых духов чует.

– То, что злых духов чует – хорошо, конечно, – поморщился иеромонах, – Но зачем он в кладовку пробирается и лари прогрызает?

– Так ежели кушать захотела животинушка, а на кухне повара ему кусочка мяса жадуют, что ему делать остаётся? – невинно переспросил Стера.

– Никто ему не жадует! – отрезал Лука, – Этот прохвост умудрился всех поваров в себя влюбить. Они его постоянно кормят! А он ещё и клети прогрызает! Кастелян жалуется – даже обитый железом ларь прогрыз! Заметь, там съестного и не было! Только рясы да подрясники!

– Так ларь железом обили, вот и не учуял запахов Уголёк, – Стера аккуратно погладил хорька, – Решил заглянуть, что там такое так тщательно охраняется.

– А ты уверен, что это вообще хорёк? – с сомнением спросил вдруг иеромонах. – Не слыхал я, чтобы хорьки железо прогрызали! Да и вообще любые другие звери. Ну-ка, дай мне сию зверушку, гляну!

Лука протянул руку к молодому видящему, но тот спрятал Уголька, прижав к груди:

– Да что там глядеть? – Стера нахохлился, как до этого зверёк: – Животинушка обыкновенная.

– Стера! – иеромонах сделал голос чуть строже: – Дай сюда… животинку!

Молодой видящий вздохнул тяжело, но хорька Луке протянул. Иеромонах прищурился, взял Уголька и зверёк сразу ткнулся мокрым носом в ладонь старца.

– Ну-ну, не подлизывайся, – пробормотал Лука, впрочем, сказал это беззлобно.