Белогор. Освободитель

Я закинул три гранаты, и потом только осталось добить раненых!

Я устало кивнул, и приглашающе махнул рукой – садись, мол. Достал флягу и сделал большой глоток воды:

– А мне… пришлось повозиться.

Торре понимающе глянул на тело в чёрном, на котором я сидел, будто на скамейке.

– Здоровый попался? Лицо ещё не видели? Вдруг знакомый?

– Здоровый – не то слово! Светошумовая граната вообще не взяла, и если б не Вадир…

Я перевернул тело, сдёрнул с лица повязку. Заматерились с Торре мы одновременно!

Глава 14

Только глаза у пленённого были относительно человеческие.

Всё остальное… Нос крючковатый, птичий. Не нос, а клюв настоящий. С одним отличием, вместо нижнего клюва у твари был вполне себе рот. Не совсем человеческий, почти безгубый. Но если эту щель и можно было чем-то назвать, то только ртом.

– Это что вообще такое, вашество? – почему-то шёпотом спросил у меня Торре Милтон.

– В рыло не секу! – честно ответил я. – Не человек – это точно.

– И не гоблин, и не зрож. И не гном, – принялся перечислять разведчик.

– Заткнись уже, – нервно хохотнул я, – Лучше скажи – ты слышал о таких хоть что-то?

Милтон развёл руками, показывая, что не слышал, и не видел. К нам подошли Вадир с шевалье Мерном. Взглянули на пленника, и даже взбледнули немного.

– Господа, десять золотых тому, кто расскажет, что за тварь мы поймали!

– Сам ты тварь! – вдруг прошипел пленный, и я даже подпрыгнул. Связанный колдун открыл буркала и уставился на нас.

– Смотри, оно говорящее! – с восхищением проговорил Торре.

– Милтон, – я с укором посмотрел на своего главу разведки, – Негоже про мыслящее существо говорить ОНО. По крайней мере, пока мы не определились с полом этого… или этой.

– Вы думаете, это может быть девочка? – с сомнением протянул Милтон.

– А почему нет? – резонно спросил Вадир, – Вы зрожих видели? Вроде девочки кхм.. ниже пояса, а выше – зрожи мальчики и то посимпатичнее будут.

– Вашество, так это что, штаны с него снимать, чтобы понять, мальчик или девочка? – поинтересовался Милтон.

Связанное на полу существо зыркало на нас своими глазищами, и молчало.

– Господа, – почти жалобно произнёс юный шевалье, – Но если оно разговаривает – можно же спросить.

Я решил воспользоваться предложением Мерна, и присел на корточки перед пленником:

– Ты кто, клюворылый?

Молчание. Я тяжело вздохнул, и кивнул Милтону:

– Снимай штаны. Самому охота глянуть, что нам судьба преподнесла.

– Не-е-е-е сметь! – прошипел пленник.