Конверт

Кто-то решил, что с меня хватит и меня отпускают». Собираюсь за минуту.

– Готов?

Бесчисленные двери ИВС, одна за другой, открываются с хищным клацаньем. Дворик, в нём – до боли знакомая синяя «Мазда». Внутри – два дуболома в мышиного цвета комбинезонах и полковник.

– Покатаемся? – смотрит недобро, челюсти бороздят волны желваков.

Молча залажу вовнутрь.

– Трогай!

Город такой родной, такой желанный, принимает автобусик в объятия. Близок май. Воздух напоён радостью и теплом. Но в сердце стынет холодок.

«Зачем меня куда-то везут с вещами? Соседи что-то говорили о следственных экспериментах, на которые вывозят из ИВС. Но какие у меня эксперименты?»

«Мазда», урча, вползает во двор серого двухэтажного здания. Клацает сдвигаемая дверь. Полковник неторопливо уходит к строению. Дверь оставляет открытой.

Один из гоблинов выползает покурить. Второй смотрит настороженно. Двор совсем невелик: если рубануть одного медведя по шее и рвануть к забору, то можно успеть. Но только теоретически – охранников двое, на брюках нет ремня, туфли – без шнурков.

И главное – даже если и сбежишь, то куда?

Дома меня будут ждать. А куда ещё податься, если ты не вор и верные «марухи» не грустят о тебе в уютных «хазах»? Выбрасываю глупые мысли из головы. Просто наслаждаюсь щебетанием птиц и дуновением ветерка.

На краю дворика появляется женская фигурка. Неуверенно приближается. «Жена!» Лена в белом сарафане с открытыми плечами. Любимая так прекрасна и желанна, что перехватывает дыхание.

Осторожно подходит к автобусику. Курящий гамадрил останавливает её:

– Гражданка, вы куда?

– Можно я поговорю с мужем? – нервно теребит шлейку платья.

– Не положено, – спецназовец суров и неприступен.

– Очень прошу! Пожалуйста! – купюра незаметно переползает в ладонь охранника.

– Недолго! – гоблин достаёт вторую сигарету и закуривает, отойдя немного в сторону.

За три дня и ночи я сочинил в уме десять писем любимой, но сейчас все слова предательски застревают в горле.

Молча беру её руку.

– Шеф говорит, что всё будет хорошо, что ты скоро выйдешь на свободу. Надо только немного потерпеть!

– Как вы?

– У нас всё нормально: Андрюшка всё понял и молчит, а Верочка перед сном каждый день спрашивает: «Где папа?», – родной голос дрожит и грозит порваться, словно тонкая нить.

– Скажи ей, что папа в командировке в другой стране.

– Сказала. Не верит. Ты знаешь – она такая чувствительная. Просто детектор правды.

– Лжи.