Искупление

Едва Келли зашла в комнату, держа в руках белый чемоданчик, – тут же подбежала к пленнице и в свирепости ударила её по лицу чемоданчиком.

– Какого дьявола?! – рявкнула она, откидывая чемоданчик на кофейный столик, прямо на бывший ноготь Барбары.

Томас уныло опустил голову, ненавидя сейчас бывшую за её тупость и неуместную упрямость. Как, вот как можно поступить так по-идиотски? Полностью игнорируя его?

– Я собираюсь помочь тебе, а ты хочешь удрать! – кричала Келли, натягивая к груди полотенце.

В приступе гнева девушка ударила пленную вновь, но уже рукой.

Пусть у бывшей соперницы и не вышло хоть на сколько-то высвободиться, но похитительница была рассержена попыткой побега. Это обещало Барбаре плохой прогноз на своё ближайшее будущее.

Немного успокоившись, Келли шумно вздохнула, прикрывая глаза, будто мысленно устраивала себе тренинг по восстановлению нервов, если это вообще было возможно.

Открыв глаза и с укором посмотрев на измученную и притихшую от произошедшего Барбару, Келли вновь покинула комнату, возвращаясь уже с серым скотчем в руках.

Встав сбоку от пленницы, девушка, будто злясь на саму себя, стала оборачивать скотчем грудь Барбары с её спинкой стула, таким образом лишая её возможности наклониться вниз. Она так сильно примотала Барбару, что последней с тяжестью приходилось дышать.

– Ничего, свинья, не умрёшь от этого! – бросила напоследок безумица, подходя к возлюбленному.

Замахнувшись, она дала ему не слабую звонкую пощёчину.

В полнейшем недоумении он посмотрел на неё снизу вверх, как провинившийся ребёнок, однако при этом не понимающий своей вины.

– Ты всё видел и не сказал мне! – пояснила ему подруга. – Даже сейчас ты предаёшь меня!

Она вновь ударила его, а затем, не теряя времени, стала и его приматывать скотчем к стулу. Он злился, ему не нравилось это обвинение, но на этот счёт он всё же молчал.

– Ты что, скупила все стройматериалы? – намекая на изобилие скотча, поинтересовался Том, он хотел её хоть как-то задеть, но вышло довольно тупо.

– Сиди да помалкивай, – посоветовала она.

– Не тебе ли нужно было, чтобы я говорил? – поинтересовался он, поджимая губы. Он чувствовал отвращение, ему было плохо, а когда с ним такое происходило, он любил язвить.

– Ну-ка не зли меня понапрасну, – серьёзно сказала она, чуть прищуриваясь.

Томас замолчал.