Обратная сторона Юпитера

– Слово представляется раз, слово представляется два, слово представляется три! – воскликнул судья и три раза стукнул молоточком, – Продано! Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Поздравляю с новым Удалённым, комрадогеноссе! Ура! Ура! Ура!

В этот момент со всех сторон грянули фанфары праздничного гимна Дженптура, опустились красные полотнища ре-эволюционных флагов с перевёрнутыми звёздами, а портреты вождей Дженптурского равианизма, и даже сама богиня Муидда, расплылись в довольной улыбке. Всё вокруг было наполнено торжеством справедливости, радостью, праздником.

За окнами слышались раскаты и виднелись разноцветные всполохи праздничного салюта. Фанфары гимна плавно превратились в традиционную Дженптурскую танцевальную музыку.

Судья в красной мантии улыбаясь вылетел к милицейским. Они втроём взялись за руки и в истинном восторге стали леветируя кружить в хороводе. Инсекты радовались как дети в эйфории хорошо сделанной работы. Троица долго парила и пела стройными одинаковыми голосами в многоголосии: «Ах Дженптур, Дженпту-рай, кого хочешь удаляй!».

После чего, продолжая порхать в адском хороводе, всё такие же весёлые и счастливые блюстители закона скрылись где-то за спиной Ареса, недоступные углу его зрения.

Бедный же Арес так и остался висеть в пустом пространстве зала в горизонтальной позе, прикованный невидимыми цепями гравитационного поля. Немой и охреневший от этого справедливого и гуманного суда. Через какое-то время сила невидимого поля начала ослабевать, и он рухнул на отсутствующий доселе стул, после чего стал пытаться двигать закаменевшими от паралича мышцами, крутить головой и пробовать с небольшим успехом открывать рот.

– «Кольца Юпитера! После всего этого представления, – подумал Арес, – теперь настало время умиротворяющей музыки и титров. Стерео-то давно уже кончилось. Та-да-ра-та-да, та-та-да… И фамилии Дженптурских режиссёров, летящие вдаль на чёрном фоне.»

Где-то далеко, в глубине подсознания ещё теплилась крохотная, с каждой секундой тающая надежда, что эта фантасмагоричная история, произошедшая с ним после стольких лет спокойного и умиротворённого существования, это сон, очередной сбой Дженптурской капсулы.

Его преследовало ощущение, что всё это не с ним, не взаправду. Кажется, что сейчас откроются глаза, и всё закончится, усилием воли он вытряхнет себя из страшного сна на свой любимый остров, к грудастым сине-зелёным Ийе и Кристин, к неге счастья, умиротворения и вечного удовольствия. Но нет, не получается.