Воин бессознания

Вывод – речка может быть любой длины; сейчас на подобные походы у Алексея не хватало духу, да и исследовательский настрой после купания подувял. Хотя в лесу тоже надо быть начеку.

До зелёной зоны гуляющий добрался по краешку речного бережка. Песочек, по мнению исследователя, был единственным нейтральным и безопасным покрытием среди столь непредсказуемого мира. Наконец, очутившись в чудесном лесу, путник прикинул наугад сторону движения и отправился в исходную точку.

* * *

Утомлённый и в растрёпанных чувствах, Алексей скитался уже неизвестно сколько по лесному массиву в поисках ориентиров, позволяющих определить направление, в котором следует двигаться.

Мелодичная симфония в итоге перестала захватывать своей красотой – человек ко всему привыкает. Между делом мыслительный процесс неожиданно привёл путешественника к забавному наблюдению: за всё «время» пребывания здесь он ни разу не справил нужду. Как так? Пить пил, даже поел. Что случилось с естественными процессами? Органы вроде на месте.

Окинув взором близлежащую сказочную флору, естествоиспытатель подошёл к одному из одиноко стоящих громадных деревьев и попробовал оросить местность. Пока безрезультатно. «Испаряется из меня, что ли?»

Внезапно по лесу пронёсся знакомый до мурашек лёгкий девичий смех. Алексей обернулся: «О-го-го!»

Метрах в трёх, с невероятно лучезарной улыбкой на лице, стояло существо, достойные эпитеты которому едва ли достанет фантазии подобрать.

Чистейший сверкающий изумруд в таком же чистейшем ниспадающем серебре и в обрамлении из парящих вокруг пёстрых бабочек. По точёной женской фигурке растекались неоновые, вперемешку с золотыми, узоры, напоминающие древнюю вязь или орнаменты невиданной красоты: вроде татуировок, которые постоянно изменялись, словно живые. Серебряные пушистые локоны, повсеместно украшенные разноцветными бутончиками, доходили почти до основания бёдер.

Восхитительное зрелище.

Немая сцена, казалось, продлилась целую вечность. Скульптура в виде несостоявшегося «писающего мальчика» с пунцовым от неловкости лицом и свёрнутой назад шеей продолжала изумлённо таращиться на этюд – мерцающую прелестную девицу в мотыльках. Вдруг одна из бабочек отделилась от эскорта и уселась Алексею на нос. В следующий миг девушка весело рассмеялась.