Колдовской замок. Часть VII. Исход

Он напоминал Злосе ходячую гору, но не гору жира, а гору тугих бычьих мускулов, которыми мог похвастать не каждый молотобоец, и которые не могла скрыть даже свободная одежда. Но при этом, ходил он тихо и мягко, как прирождённый охотник, сам свирепый хищник, по сути. Этому способствовали мягкие охотничьи сапоги, которые он предпочитал любой другой обуви. Злося уже знала, как отвечать на его к ней обращение, и потому проговорила, скромно опустив глазки:

– Благодарю, мой господин, мне уже лучше!

Сказать, что ей совсем хорошо, означало сильно рискнуть.

Сэр Злорик был полновластным господином в своих владениях и в своей семье. Неповиновение его воле строго каралось, отказы не принимались. При этом он не был извергом и нежно любил свою жену, (Злося уже поняла это), а потому её нездоровье обеспокоило его и расстроило. А так же явилось уважительной причиной для того чтобы оставить молодую женщину в покое. Но сегодня, (шёл уже третий день пребывания Злоси в этом изменённом мире), в глазах сэра Злорика светилась плохо скрываемая радость. Что бы это значило?

– Я рад, что всё обошлось и вы вне опасности. Но я вынужден попенять вам, душа моя! – проговорил сэр Злорик, всё с тем же блеском в глазах, напоминая ей мальчишку, готового расхохотаться.

– Чем же я заслужила ваше неудовольствие, господин мой? – пролепетала Злося, широко раскрывая глаза в непритворном удивлении.

– Тем, что я узнаю столь радостную и важную для меня новость не от вас, а от старой няньки, которую к вам приставил!

– О какой новости вы изволите… – начала Злося, но замерла на полуслове.

Ошеломляющая догадка вдруг поразила её, как ушат ледяной воды. На лице сэра Злорика тоже отразилось недоумение, но совсем другого рода.

– Так вы не знали? – воскликнул этот гигант, чуть не задохнувшись от нахлынувших чувств. – О, моё любимое, невинное дитя!

Он вдруг встал на одно колено и припал губами к её ножке, одетой в белый полотняный чулок.

– Выходит, что не вы мне, но я вам сообщаю радостную новость, которая сделала нас обоих счастливыми! Вы беременны, душа моя, и коли Богу будет угодно, то в положенный срок подарите мне наследника, как мы с вами о том мечтали!

Злося так и не нашла, что ответить. Она сидела с открытым ртом и хлопала глазами, чувствуя себя полной дурой! Впрочем, это была её первая беременность, и всё ей было сейчас в новинку.