Истинная для дракона

Она поклонилась, сразу направилась к комоду и достала умопомрачительный наряд – я всегда представляла себя в таком, когда читала книги или смотрела фильмы об охотниках на вампиров: узкие брюки, высокие сапоги, шелковая блузка с широкими рукавами и кружевами, корсет. Я сразу позабыла обо всем и немедленно кинулась всё это примерять. Наряд подошел идеально, будто специально для меня и шили. Служанка, которая назвалась Бэтти, убрала мои волосы в скромную прическу без всяких завитушек-финтифлюшек, затянула на мне корсет.

Я глянула на себя в зеркало над туалетным столиком: обалдеть! Анна-Мария, ты бесподобна! На меня смотрела юная красавица с горящими черными глазами, блестящими приглаженными и убранными назад иссиня-черными волосами, с подчеркнутой корсетом стройной фигурой. После властного поцелуя Этелхарта мои губы зазывно припухли и покраснели. В зеркало я увидела, как улыбаясь, одобрительно кивает головой горничная Бэтти.

– Простите, госпожа, но вам стоит поторопиться, вас ждут. Я провожу.

Мы вышли из комнаты и насколько возможно быстро двинулись по коридору. Бежать было бы неприлично. Опаздывать, конечно, тоже неприлично, но, в конце концов, я не виновата, что всё это произошло. Или всё-таки виновата? Зачем я стала вспоминать обнаженного Этелхарта, позволила вожделению овладеть мной? В душу стало закрадываться чувство вины. Я вспомнила, как забинтовывали руки Лин и Ли, и моё сердце сжалось.

«Я обязана научиться управлять своей силой! Я не хочу, никогда, нигде и никому причинять боль, даже ненавистному Аден Драйку! Хотя, такой ли уж он ненавистный?»

Мы прошли по коридору, повернули, спустились по лестнице, снова повернули, ещё немного прошли.

Бэтти открыла двустворчатые двери, как оказалось, в огромный зал. Я вошла, раздалось гулкое эхо от стукав общем-то невысоких каблуков моих сапог. Бэтти с поклоном удалилась, закрыв двери за моей спиной.

Мне навстречу вышли немолодой мужчина с бесстрастным выражением на лице и юнец, чьи глаза при виде меня вспыхнули восторгом и облапали меня с ног до головы.

Его реакция меня не удивила, но показалась несколько вольной: ни слугам, ни господам не пристало так глазеть на даму.

«Как ты легко вжилась в роль госпожи, Анна-Мария»,– осуждающе пискнул внутренний голос. «Я легко вживаюсь в любую роль!» – На этот раз я возразила своему внутреннему «Я». «Нечего так на меня таращиться!» – мысленно бросила я юнцу, и он смущенно отвел взгляд.

Мужчины поклонились.