Отвратительная мечта

Все мысли в миг развеялись, когда спустя два дня мы все же сели в самолет. К моему удивлению, Генри так и не сказал Марте о нашей перепалке в офисном центре, и я даже был рад, что он оставил мне возможность сказать о своем решении своей жене.

Но все это перестало иметь значение, когда мы влетели в облака. Я решил отложить все проблемы, забыть о всех изменах и проблемах. Я принял решение научиться жить и получать наслаждение от этого. Рано утром мы уже были в аэропорту моего родного и любимого города. В этом месте даже воздух другой, словно создан именно для твоих легких.

Листья на деревьях казались ярче, все краски были значительно насыщеннее, а ритм жизни спокойнее. Сойдя с трапа, я ощутил, что это именно то, в чем я так сильно нуждался. И уже никто не был способен этого изменить.

– Мы так давно здесь не были, что я даже забыла какой здесь свежий горный воздух, – хотелось закатить глаза от присутствия Марты, но я должен был попытаться вынести ее ради спокойствия родителей.

– Пойдем, нам еще такси ловить, – обратился я к женщине и направился за получением багажа.

Нудная процедура, разговор с водителем, и вот уже мимо окна мелькают до боли знакомые пейзажи. Я смотрел и не узнавал, словно видел этот город во сне, каждую его деталь, но только не в реальности. Еще более странно было заметить особняк, в котором я провел все свои юношеские годы. Теперь, после масштабов Осло, он казался маленьким, словно игрушечным.

Такси остановилась у ворот, и мы с Мартой покинули автомобиль, захватив багаж.

Родители не знали, когда именно мы должны были прибыть, поэтому готовился сюрприз. Проход оказался закрыт и пришлось нажать на кнопку вызова. Раздался пронзительный сигнал, который я ненавидел с детства и на экране высветилось лицо любимой матери, которая с неверием смотрела, кто же пришел.

– Уже открываю, открываю, – после очередного звукового сигнала ворота открылись, и мы смогли попасть на участок.

Из входной двери выбежала пожилая женщина, которая в росте была значительно ниже, чем моя мать, которую я видел шесть лет назад.

По коже пробежал мороз от осознания того, какой же я отвратительный сын, который за столько лет не удосужился даже навестить родных родителей, хоть мы и живем в одной стране.

– Неужели ты действительно приехал. Так вырос, возмужал, – она бросилась мне в объятия, в один момент заливая свитер слезами и пробуждая во мне совесть. Я не имел права так поступать и пока не поздно должен был все исправить.