Мой ангел-хранитель

Почему-то она мне представляется одной из тех девушек-паинек, которые не ходят на тусовки или дискотеки, возвращаются домой не позже одиннадцати и всё свободное время своё проводят за книгами, учёбой или работой, вообще, получается, не имея никакого свободного времени. Но внешне она мила. Может, у неё даже есть молодой человек. Удивительно, как много говорит о человеке его внешность! Не спорю, часто она бывает обманчива, но ведь именно она создаёт то самое первое впечатление, такое сильное и крайне необходимое.

– Нормально, – честно отвечаю я и вдыхаю сладкий запах её духов.

Магия действительно просто творит чудеса: ни ожогов, ничего. Словно я просто уснула и проснулась в больнице по совершенно неизвестной причине. Сонно пододвинувшись к тумбе, я склоняюсь над тарелкой с рисовой кашей. Выглядит не очень аппетитно. Я беру в руку подготовленную специально для меня ложку, но прежде, чем приступить к трапезе, спрашиваю:

– А… Что с моим братом?

– Всё в порядке, – отвечает она, – до сих пор спит.

На его теле не обнаружено значительных повреждений.

Я выдыхаю, чувствуя, как внутри всё будто отпускает. Становится легче. Это похоже на Макса. Днём он словно заводная игрушка, полон энергии и неутомим, но если же ляжет спать – тут уж всё, век не добудишься. Я беру в руки ложку и осторожно пробую кашу на вкус; на самом деле, очень даже неплохо.

– А вот с Вашей сестрой дела обстоят куда хуже, – в её голосе дрогнуло волнение, и я хорошо почувствовала это на себе. Оля. Она говорит об Оле.

Страх медленно, но верно начинает овладевать моим телом. Хуже? Что это значит? Что с моей сестрой?

– С Олей? Что с ней? – стараюсь, чтобы голос звучал как можно спокойнее. Получается плохо. Серьёзно, актриса из меня просто ужасная.

– Множество ожогов. Она так и не очнулась с тех пор, как демона извлекли из её тела. Наши врача занимаются ею, но точный срок исцеления мы сказать не можем.

Да уж… Оле досталось больше всех нас. Насколько сильными могли оказаться её ожоги, раз даже при помощи магии их не удаётся излечить? Она до сих пор не проснулась.

Что, если она вообще больше не… Нет, такого не может быть. Просто не может быть. Я мотаю головой, отгоняя совершенно не правдивые и ненужные мысли, чем вызываю вопросительный взгляд медсестры.

– Её состояние стабильно. Жить она будет, но пока неизвестно, когда придёт в себя, – удивительно, она словно читает мои мысли! – Может через несколько дней, может через месяц.

Слышится нотка сочувствия.