Бритни Спирс – казахская невеста

Невольно создавалось впечатление, будто мать – природа расстелила чудесный шёлковый ковёр.

Такого девушка ещё явно не видела, хотя недавно открыла для себя, что при виде какой-нибудь вещи из прошлого, понимала, что она ей знакома.

Но и это не помогало ей вспомнить всё.

Рассказывая о таких вспышках в памяти Айне апа, они обе приходили к выводу: чем больше знакомых вещей, тем больше шансов на восстановление памяти!

Осознание этого всё нутро девушки наполнялось уверенностью в том, что, поехав в город, она сможет вспомнить свою историю.

Теперь с нетерпением ждала полной власти весны, ведь именно тогда Атак обещал повезти её в город.

А пока Сауле удивлялась всему вокруг: весна меняла не только облик степи, но даже процесс ухода за скотом. Теперь не каждый вечер загоняли баранов в кошару и давали корм, а табун и вовсе отпускали свободно пастись по степи.

А скачки на коне, ставшим родным…

Это сравнимо только со свободным полётом!

Конь сам рвётся скакать, будто знает, что девушке хочется ощущения полёта!

Ей так же нравится скакать рядом с другими лошадьми, которые, в свою очередь, не дают обогнать себя, добавляя скорости.

Это она позволяла себе лишь тогда, когда Атак уходил пасти баранов за высокими холмами. Иначе Атак навсегда запретил бы посещать табун, ведь последнее его предупреждение было шестым по счёту.

С тех пор она самоё себе в десятый раз обещает не повторять это.

4.Моменты радости

Эти чувства оказались «девичьей» забавой, когда однажды утром, едва выйдя из юрты, Сауле увидела перед собой крохотного ягнёнка.

Кудрявый, чёрного цвета «малыш» спутал её со своей матерью и блеял перед ней, будто просил ласки.

Она не смогла скрыть свои эмоции и, с вырвавшимся изнутри протяжным визгом, кинулась обнимать это чудное создание.

Одевавшемуся Атаку показалось, что она кричит от ужаса. В страхе увидеть ужасную картину, он «пулей вылетел» из юрты.

Сауле сидела на коленях, крепко обняв двумя руками беспомощного ягнёнка, который пытался освободиться из нежного объятия.

Глядя в сторону своей биологической матери, он издавал младенческое «беееееканье».

Мать-овца испуганно наблюдала за происходящим, боясь подойти близко к человеку.

Атак, не успев накинуть на себя рубашку, видел, как по щекам девушки скатывались бусинки слёз, как утренняя роса стекает с лепестков тюльпана.

Но на лице не было печали, оно сияло материнской улыбкой.

Он тоже невольно улыбнулся.