Глазами суицидника

Откуда взялась иллюзия, что после самовольного ухода из жизни все будет хорошо? Откуда? Хотя все его хорошее было рядом, надо было просто по шире раскрыть глаза, и понять, и увидеть, и почувствовать. Сколько славных лет можно было любить друг друга, растить своих детей, дождаться внуков, а возможно и правнуков. Ход мыслей оборвал тещин дом. Галушка вернулась домой, начала рассказывать все своей сестре. Сестра понимающе выслушала, поддержала, попыталась успокоить добрыми словами, насколько это возможно, и подытожила, что все будет хорошо.

– Не будет хорошо, – мысленно буркнул Симон, находясь уже на привычном для себя тайном месте. Но долго побыть в своём углу, ему не удалось, потому, как из соседней комнаты вышел маленький часовой, который одним взглядом вычислил местоположение отца. Ребенок не понимал, отчего все так ищут папу, он, между прочим, очень плохо играет в жмурки, и сидит хоть и в тихом, но довольно заметном углу. Малыш может и хотел бы сам подойти, но когда он смотрит на папу, у того становится неприветливый и отталкивающий взгляд, и ребенок замирает в нерешительности.

Тогда он идёт за подмогой. Маму он звать не будет, она, почему то подыгрывает папе, и делает вид, что не видит его, поэтому надо показать его кому-то ещё.

Симон же, от такого пристального взгляда, готов вывернуться на изнанку, он в замешательстве, и совсем не понимает как себя вести. Сынок ненадолго уходит, но Симон не успевает опомниться, как малыш возвращается, держа за руку свою тетю, ту самую с которой только что разговаривала Галушка.

Сынок подводит тетю до середины комнаты, затем показывает указательный палец в угол, громко и четко говорит: «Папа». Волна мурашек пробежала по всему тетиному телу, а душа Симона в момент перенеслась в морг, и оказался возле своего холодного тела.

Опять сбежал, не выдержал разоблачения ребенка. Кто бы мог подумать, что он так будет бояться человеческого взгляда. Но в этот раз, это уже не было так неожиданно. Возможно дело всё в том, что он стал потихонечку адаптироваться к своему нынешнему состоянию.

Он начал осознавать и принимать свое текущие положение. На его душу давит великий грех, но теперь он, кажется, знает, как можно уйти от безысходности. А все, потому что он нащупал маленькую цель, он должен помочь своей супруге, пройти теперь уже через трудный и тернистый путь. Он должен хоть что-то для нее сделать, он хочет быть нужным и полезным. Для этого нужно использовать все возможные и доступные ему инструменты.