Король гоблинов

Произнесенные клятвы – нерушимы перед землей, морем и небом, если иначе не решат как дающий клятву, так и принимающий ее.

Олень является источником жизненной силы Пермафроста.

Нельзя использовать преподнесенный дар противно его предназначению, если только сущность его не изменится целиком и полностью.

Именно этот закон не позволял Сорену освободить меня, пока я не начну превращаться в гоблина. А все потому, что изначально Лидиан преподнес меня в качестве подарка.

Все долги необходимо возвращать.

Любой, кто отведает нектар, останется навсегда привязан к землям Пермафроста.

В случае, если двое вступают в поединок, по законам зимы они ограждаются на время сражения от любых противоправных действий, а победитель получает силы и имущество побежденного.

Железо запрещено в Пермафросте под страхом смерти, за исключением случаев, когда его использовал победитель поединка.

Магию нельзя применять для влияния на ход времени.

Все эти законы я прекрасно помнила. Последний и самый древний из них касался собственно передачи сил новому оленю.

Эти полузабытые правила определяли жизни всех существ Пермафроста, включая меня. Я обрела предназначение в этой зимней стране. И изменилась навсегда.

– Нет, ты помнишь не все, – Лидиан усмехнулся и продолжил до того, как я успела возразить: – Ты когда-нибудь задумывалась, почему титул монарха не наследуется, а берется в бою? Так происходит потому, что кровь первого короля Пермафроста в сочетании с жертвой оленя скрепила реальности и заставила мирового змея заснуть.

Но повторное смешение крови потомков станет причиной его пробуждения, и тогда он примется подтачивать корни Иггдрасиля, чтобы спровоцировать Рагнарек.

При последних словах Лидиана в сознании забрезжила смутная тревога, хотя я пока не могла определить, что ее вызвало. А он тем временем продолжал:

– По этой причине прямые потомки первого короля Пермафроста подверглись полному уничтожению. Однако женщины часто не замечают, когда дело касается линии престолонаследования, так что нескольким удалось сбежать.

И ни они, ни их дети, ни дети их детей никогда не участвовали в Охоте, так как знание о запрете передавалось из поколения в поколение. – Гоблин прекратил метаться по поляне, хотя по-прежнему нервно сжимал руки, оставляя следы когтей на коже. – Этот секрет тщательно охранялся. Но мне известно абсолютно все. Все тайны, все мысли. Каждый вздох и каждый шаг, каждое сердцебиение и каждое движение.