С надеждой на смерть

Но полные результаты этой оценки никогда не были обнародованы. Кто она? Социопат? Нарциссическая личность? Или просто патологическая лгунья?

ГОЛОС 3

Та Камилла, которую я знала, просто не могла сделать ничего подобного. Она никогда не убила бы собственного ребенка. Любого ребенка. Я не верила в это тогда и не верю сейчас.

ИЗ НОВОСТЕЙ 2

После шести сенсационных недель судебный процесс над Камиллой Роуэн сегодня пришел к шокирующему завершению: бывшая капитан школьной команды была приговорена к пожизненному заключению за убийство своего новорожденного ребенка.

ГОЛОС 4

Причина, по которой мы до сих пор так одержимы этим делом, даже спустя столько лет, заключается в том, что оно бросает вызов многим нашим человеческим убеждениям – о доверии и правде, о нашей способности к жестокости и святости материнской любви. Думаю, все мы напуганы тем, что если осмелимся заглянуть в самые темные уголки наших сердец, то обнаружим, что Камилла Роуэн смотрит оттуда прямо на нас.

СМЕНА КАДРА: кабинет Джона. Папки, стол, фотографии и документы из дела, приколотые на доске сзади.

ДЖОН ПЕНРОУЗ

Я освещал дело Камиллы Роуэн для «Гардиан» еще в 2003 году. Я присутствовал на суде каждый день и все это время наблюдал за ней. И в конце я имел не больше представления о том, кем она была, чем в начале. Вердикт не стал неожиданностью, и в то время я определенно не думал, что имела место большая судебная ошибка.

Но оставались вещи, которые не давали мне покоя. Вопросы, на которые не смогли ответить ни обвинение, ни защита. Поэтому, сделав мой последний репортаж, я решил потратить несколько дней на то, чтобы посмотреть, что еще смогу найти. Тринадцать лет спустя я все еще этим занимаюсь.

Потому что это тот случай, с которым журналист сталкивается только раз в жизни. Он поднимает вопрос за вопросом – и все же единственный человек, который мог бы дать нам ответы, упорно отказывается это сделать.

Все мы знаем, что Камилла Роуэн лгала, но это не значит, что она лгала обо всем. Есть ли крупицы правды в той странной и тревожной истории, которую она рассказала полиции и с тех пор ни разу не отклонилась от нее? Если и есть, она не говорит. Но правда, как говорится, где-то рядом. И чтобы найти ее, мне нужно было понять не просто женщину, которой Камилла стала, но и девушку, которой она когда-то была.