Александра. Книга первая. Начало

Через несколько секунд включился проектор, осветив помещение, и на экране за спиной мужчины появился первый слайд. Ровно в три часа профессор заговорил:

– Приветствую вас, – его голос оказался на удивление звонким. – Я профессор Уильям Штейн. Очень рад видеть столько заинтересованных лиц. Что ж, раз вы решили посетить мою лекцию, вы знаете, кто я и чем занимаюсь. Но все же…

***

Старательно записывая каждое слово профессора Штейна, я и не заметила, как быстро пронеслось время. Эта лекция была вполне интересной, но когда профессор сказал, что на сегодня она окончена, я немного обрадовалась.

Аудитория наполнилась тихим бормотанием, шелестом бумаг и звуками расстегивающихся молний рюкзаков. Мы с Питером тоже начали собираться.

– Ну ты и строчишь. Откуда такая скорость? – сказал Питер, заглядывая в мой блокнот. – Училась стенографии?

– А ты разве не успевал записывать?

Парень покачал головой.

– Еще и почерк такой аккуратный, – протянул он, перелистнув одну из страниц в моем блокноте, всматриваясь в строчки.

– Почерк как почерк, – пожала плечами я.

Но Питер так удивился ему, что я и сама стала листать тетрадь, изучая написанный мною текст. Не спорю, каждая строчка была идеально выведена, ни одной ошибки, ни одного сокращения, а почерк выглядел каллиграфически изящным. У самого Питера тетрадь выглядела так, будто он писал, одновременно отбиваясь от тучи комаров.

Из-под медленно поднимающихся штор в аудиторию ворвались мягкие, теплые лучи солнца. Оно будто всю лекцию томилось под окном, пытаясь пробиться через плотную ткань, и вот, дождавшись своего часа, разлилось по кабинету.

До заката оставалось менее двух часов, солнце еще не коснулось крон деревьев, но уверенно приближалось к ним. Аудитория преобразилась и окрасилась в теплый оранжевый цвет.

Профессор быстро покинул помещение, пулей прошмыгнув через дверной проем, в котором в этот момент появилась девушка, знакомая Питера. Она обернулась. Взгляда, брошенного мимолетно, было достаточно, чтобы сделать вывод – она явно неровно дышит к Питеру.

– Вот это красота! – протянул Питер.

Я подумала, что это реакция на девушку, но парень восторженно уставился в окно, рассматривая небо:

– За что я люблю этот город, так это за невероятные закаты.

Взглянув на то, как по небу высоко-высоко проплывают огромные тучи, подсвеченные теплыми, мягкими лучами, мне внезапно так сильно захотелось на пляж, что я практически увидела его перед глазами.