Александра. Книга вторая. Разлом

– Не отвечай, – фыркнул Крис. – Я знаю, что новые.

– Успокойся, Крис, – послышался голос Тайлера, они с Мэри стояли возле мотоцикла позади нас с Джоном. Вампир прикрывал любимую собой.

Крис устремил на Тайлера такой презрительный взгляд, что стало ясно – ему лучше молчать, чтобы не провоцировать вспышку безумия. Крис злился на друга не меньше, чем на меня.

Я выглядывала из-за широкой спины Джонатана и чувствовала, как сильно он горит. Мне вспомнились свои ощущения, когда я чуть не обернулась в волка: кожа пылала так, что мне казалось, я сгорю заживо.

Джонатан был на грани. Если он не выдержит, Крису не жить.

Из-за угла выскочила обеспокоенная Фиби, она глянула на нас, бросила взгляд на Криса и замерла. Сейчас она оказалась ближе всех к этому безумцу. Лицо Криса было искажено, глаза холодные. Что-то в его внешности изменилось, но у меня не было времени думать, что именно. На крыльце появились Эмма и Айзек. По их виду было понятно, что вампиры не будут встревать в наш разговор, пока это не станет жизненно необходимо.

Я встретилась глазами с Эммой – она лишь склонила голову набок. Ее просчеты сейчас не точны – слишком много переменных.

– Смотри-ка, все в сборе. Софи и Джорджа только не хватает, – усмехнулся Крис, обводя взглядом всех. – Ну что, Лекса, по-моему, более подходящего времени, чтобы объявить новость, не представится. Не благодари за организацию.

– Еще одно слово и…

– И что? Что ты сделаешь, Лекса? – Крис вопросительно поднял бровь. Джонатан встал ближе и почти коснулся меня, когда расправил плечи, чтобы загородить.

Крис нервно засмеялся: – А-а-а… вот оно что. А я все думал, что может тебя заставить убить меня.

– Убьет тебя не она, – прорычал Джонатан, его тело снова начало дымиться, а мышцы на руке неестественно заворочались.

– Джон, не нужно, – прошептала я, слегка коснувшись его плеча. Даже сквозь плотную рубашку я чувствовала, что он горячее тлеющего угля. – Он ничего не сделает.

– Уверена? – спросил Джон, обернувшись.

В его изучающих глазах плясал огонь.

Был бы передо мной другой оборотень, всепоглощающий животный страх уже сковал бы меня. Но я смотрела на своего волка, чувствуя, что даже без связи он оставался самым родным мне человеком, который никогда не причинит мне зла. Мы встретились глазами, но души не связались, пусть моя и больно ныла. Очки остались единственной преградой, не дававшей им соприкоснуться. По чуть-чуть огонь гаснул, и вскоре я увидела свои любимые медово-янтарные глаза.