Девятая жизнь нечисти

– У тебя, я слышала, все в порядке? – поздоровавшись, поинтересовалась Софья Павловна. В голосе ее не было ни любопытства, ни торжества, а лишь ленивая ирония.

– Как вам сказать… – Лена пыталась подобрать подходящие слова.

– А ничего и говорить не нужно… Рада за тебя. В таком случае, поскольку цель достигнута, пришло время рассчитаться.

У Лены ни с того ни с сего мучительно засосало под ложечкой.

– Чего молчишь? – голос гадалки посуровел. – Или позабыла про уговор?!

– Нет… Я… э… помню…

– Вот и хорошо.

Тогда в субботу принесешь… У тебя есть то, что мне нужно?

– А?.. Ну да, конечно.

– Славно. Приходи, как обычно, часиков в двенадцать. Буду ждать. – И гадалка повесила трубку.

Лена, словно в беспамятстве, подошла к платяному шкафу, засунула руку в самый дальний конец полки, на которой лежало постельное белье, достала полиэтиленовый пакет, из которого извлекла скомканную простыню. Развернула… На несвежей, мятой ее поверхности виднелись два-три буроватых пятнышка. Сердце, непонятно по какой причине, бешено колотилось, на лбу выступила испарина.

Что же делать? Что делать?! Придется отнести, иначе эта ведьма (тут Лена впервые использовала данное определение для личности Софьи Павловны) наделает каких-нибудь гадостей. И зачем с ней связалась… Куда как проще было найти возможность встретиться с Сашей без использования противного снадобья. Ну а теперь ничего не попишешь. Как говорится, уговор дороже денег.

И всю ночь доверчивая библиотекарша ворочалась с боку на бок.

Снились ей всякие кошмары вперемешку со сладострастными сценами самого мерзкого свойства.

Когда вечером следующего дня она вернулась с работы, перед входной дверью ее квартиры сидел котенок.

Нужно заметить: Лена недолюбливала домашних животных, в том числе и кошек. Еще в раннем детстве ее почтенная мамаша втолковывала малютке, что от разного рода зверья в квартире только грязь и зараза. «А вдруг эта кошка лишайная, – обоснованно предполагала здравомыслящая женщина в ответ на просьбы ребенка взять домой, обогреть и накормить несчастную помойницу.

 – Или у нее глисты? Ты что же хочешь, чтобы в твоем животике завелись гадкие червяки?! А лишаи… Ведь это ужасно! Тебя подстригут наголо и намажут голову ртутной мазью. Что скажут в школе? Да с тобой рядом никто сидеть не будет!»

Страшные картины, нарисованные благоразумной родительницей, потрясли воображение малютки, и с тех пор она смотрела на мелкую подзаборную скотинку с плохо скрытым опасением.