Девятая жизнь нечисти

Сей музыкальный инструмент выглядел в данном месте совершенно нелепо, словно пресловутый рояль в кустах.

– Духовик я, – пояснил Витюшка, перехватив взгляд Лены. – В оркестре играл…

– Играл, играл… и доигрался, – заметила карлица с некоторым ехидством. Она семенила следом, подталкивая Лену в спину костлявым кулачком.

– Почему, мамаша, вы как бы насмешку строи-те? – обиженно спросил Витюшка. – Да еще при постороннем человеке…

– А потому, сыночка, что пропил ты свои способности. Никто тебя в приличный оркестр теперь уж не пригласит.

Раньше хоть у гробов дудел, как архангел, а теперь православных хоронят без музыки, как, прости господи, жидов каких… Вот вся музыка твоя и вышла. Один «аршин»[2 - Аршин – стакан.] в жизни и остался… О-хо-хо, горе мое!

– Опять вы, мамаша, завели… – плаксивым голосом произнес бывший музыкант.

– На моей шее сидишь, – резонно ответствовала карлица. – Кормлю, пою тебя, оглоеда… – В доказательство она довольно сильно хлопнула себя по цыплячьей шейке.

 – А ты водишь в дом кого попало.

В другое время Лена сгорела бы со стыда, а теперь ей было все равно. Равнодушно воспринимала она разгорающийся скандал. После уличного обморока все дальнейшие события происходили словно и не с ней.

Пришли на кухню. Витюшка извлек из ветхого шкафчика три граненых стакана весьма сомнительной чистоты, а карлица нарезала дольками пару яблок. Угощение было разложено на донельзя замызганной клеенке. С цирковой ловкостью Витюшка откупорил бутылку и разлил содержимое по стаканам, глянул искоса на Лену, лихо произнес: «За знакомство!» – и мгновенно опорожнил свой.

Лена поступила так же, а карлица отпила лишь на треть. Отставив стакан в сторону, она с любопытством взглянула на Лену:

– Ты, девка, вроде из приличных. Работаешь или так… по миру ходишь.

– В библиотеке работаю.

– Культурная, значит. А чего не на службе?

– Зачем вы, мамаша, к ней пристаете? – вступился Витюшка. – Может, у нее горе какое или что.

Выпитый стакан дешевого вина произвел на Лену благоприятное действие.

Ей вдруг стало легко и свободно. Голова наполнилась сладким туманом, напряжение спало, тяжелые мысли отлетели прочь. Лена впервые за весь день улыбнулась.

– С работы меня отпустили, – радостно сообщила она.

– Заболела, что ли? – не отставала карлица.

– Может быть, может быть… – Лена во весь голос рассмеялась.

– Ага, забрало! – развеселился и Витюшка. – Я же говорил: вмиг здоровье поправим.