Кто сдастся первым?

– Ты напоминаешь мне об этом каждый день с тех пор, как получил эту должность.

– Хорошо. Я не хочу больше говорить об этом. И не хочу, чтобы ты встречалась с Джейкобом Линем. Да что там, просто запрещаю тебе.

– Что? Ты запрещаешь?

– Да, запрещаю. Ты мой сотрудник, и я запрещаю тебе разговаривать с ним. Он опасен, я не доверяю ему. Совсем.

Глава 3

Джейкоб завершил первый разговор с Адамом Лэнгфорд за последние шесть лет и с отвращением бросил телефон. Да кто такой этот Адам, чтобы звонить ему? Да еще и отдавать приказы? Джейкоба почти трясло от переполнявшей ярости.

Он вскочил на беговую дорожку и увеличил скорость с шести до семи миль в час. И все равно этого оказалось недостаточно. Он вновь прибавил скорости.

Джейкоб был крайне возбужден, у него не было секса уже два месяца, и разговор с самым ненавистным человеком на свете заставил чувствовать себя так, будто он вот-вот взорвется.

Дело не только в том, что сказал Адам, а еще и в том, как он это сказал. Самодовольно и надменно.

Адам не всемогущий. И никогда не был таким, он просто слишком много о себе возомнил.

Джейкоб поступит по своему собственному усмотрению. Он хотел быть ближе к Анне, да и с ее стороны он чувствовал взаимность. Совместный деловой проект позволит им сблизиться. А если они захотят повторить поцелуй, сделают и это тоже.

Джейкоб быстро пробежал восемь километров, с каждым шагом росла убежденность в том, что Адам должен быть уничтожен. Он знал это до того, как Анна пришла в пентхаус. Адам должен знать, каково это – чувствовать, когда кто-то уничтожает плоды тяжелой работы.

Адам предал Джейкоба, будто их дружба ничего не значила. Это событие оставило пустоту внутри. Большую часть детства и юности Джейкоб менял школы, не имея достаточно времени, чтобы обзавестись настоящим другом. Его отец был очень богат, и сын мог учиться в элитных учебных заведениях. Отец Джейкоба был хорошо известен в азиатских деловых кругах, но не во Франции и Англии.

Ужасно то, что дружба с Анной могла разрушить связь с Адамом.

Но Джейкоб так легко себя чувствовал в ее присутствии, они могли говорить о чем угодно. И она всегда готова была его выслушать.

В тот вечер, когда она поцеловала его, он почувствовал одновременно восторг и удивление. Все время, что они провели вместе, он старался не думать о ее мягких, податливых губах. Слишком уж дорожил дружбой с Адамом. Пришлось даже сказать ей «нет». Он был уверен, что связь с Адамом от этого только окрепнет. Но он ошибся.