Кто сдастся первым?

Одернув блузку, Анна вошла в бар с гордо поднятой головой и пробралась к единственному свободному месту около барной стойки. Осторожно достала ручку и листок бумаги из сумочки.

«Джейкоб, я сижу в дальнем конце бара. Мне нужно встретиться с вами, чтобы обсудить деловое предложение. Я подумала, мне лучше не подходить к вам из-за ваших разногласий с Адамом. Дайте мне знать, если вам интересно. Анна».

Дописав внизу свой номер телефона, она позвала бармена и, наклонившись вперед, понизила голос в надежде, что сидящие рядом не услышат ее.

– Мне нужно, чтобы вы передали эту записку вот тому джентльмену, сидящему в углу. Высокий, в сером костюме. Черные волосы. – Вместе с запиской она протянула десять долларов.

– Конечно, – кивнул бармен.

– И мартини с оливками, когда у вас будет возможность. Три оливки.

Анна подняла руку, делая вид, что поправляет волосы, чтобы увидеть реакцию Джейкоба на ее записку, и заметила блеск в его глазах.

На его лбу появились морщинки, когда он читал.

О чем он думает? Видимо, решил, что она сошла с ума? Сейчас, имея столько разнообразных технологий и средств, отправлять записку так по-детски.

Джейкоб покачал головой, сложил записку и принялся что-то печатать в своем телефоне. Как могла она забыть его руки? Большие и мужественные. Она помнила, как одна рука лежала на ее плече, другая на спине, а он произносил убийственные слова, так ранившие ее:

– Я не могу, Анна, мне дорога дружба с Адамом.

Потребовался не один день самоанализа, чтобы справиться с потрясением.

Тем не менее сейчас, когда у нее созрел серьезный бизнес-план, мысли возвращались в прошлое. Проклятье! Она была уверена, что прошлое осталось позади.

Джейкоб Линь убрал телефон и допил коктейль.

Экран телефона загорелся. Ее сердце забилось быстрее. Что он написал? Что не хочет иметь ничего общего ни с ней, ни с ее семьей?

Она прочитала сообщение:

«Пентхаус. Через 15 мин.».

Анна забыла, как дышать. Сообщение в стиле Джейкоба.

Ее уверенность улетучивалась на глазах. Она не привыкла бояться сильных мужчин, поскольку работала с ними и могла постоять за себя в любой деловой ситуации. Но эти мужчины не держали ее сердце в руках, как когда-то Джейкоб. И не им она написала десятки проникновенных писем, которые так и не отправила.

Джейкоб попрощался с человеком, с которым разговаривал. С грацией кошки прошел через забитый народом бар, возвышаясь над головами людей.