Ласточкин хвост

Миссис Донохью часто говорила: «Этот мальчик – такое благословение! Ангел, посланный мне Богом». От ее похвалы Хоуи весь съеживался, хоть втайне слова и были ему приятны.

Элис вытерла руки о фартук.

– Потому что они наши ближайшие соседи и хорошие друзья. – И добавила: – Это самое малое, что мы можем для них сделать.

Перл поняла, что сестра имела в виду визит Хоуи после смерти их матери. Прознав про их горе, миссис Донохью попросила Хоуи отнести им завязанный носовой платок размером с большую луковицу.

Когда отец, окруженный всеми своими семью дочерями, развернул его, то обнаружил внутри горсть серебряных долларов и записку, в которой говорилось, что она обидится, если они не примут этот скромный подарок. Для их семьи это было настоящим спасением.

Перл не планировала проводить целых полдня на жаркой кухне, но Элис не отставала. Как только она закончила нарезать овощи, сестра попросила отполировать серебро и прогладить льняные салфетки.

– Нет у меня времени на эти пустяки, – ворчала она, водя утюгом взад-вперед по льняным салфеткам.

 – Мне готовиться нужно.

– К чему это? – Элис наклонилась над столом, нажимая мерным стаканчиком на раскатанное тесто для печенья; на щеке у нее было пятно муки.

– К приезду Джона, – ответила Перл, вскинув голову – волосы были ее коронным украшением. Кроме Дейзи, она единственная унаследовала светлые локоны их матери. Если хорошенько над ними поработать, то они получались, как у Мэри Пикфорд[3 - Мэри Пикфорд (1892–1979) – актриса, легенда немого кино.

(Здесь и далее – прим. пер.)]. Прошлой ночью перед сном она закрутила влажные волосы лоскутками, но из-за дневной жары локоны уже поникли. – Чтобы ты знала, я на него претендую. – Не то чтобы она переживала на этот счет. У Элис был Фрэнк, хоть она и не особо им интересовалась. Не раз она прогоняла его, приводя неубедительные оправдания. Тем не менее Фрэнк продолжал приходить. Перл думала, что в конце концов сестра сдастся.

Дейзи забралась на стул рядом с Элис, чтобы понаблюдать, и Элис сказала:

– Я благословляю вас с Джоном. Но помни, что он останется только на лето. Не дай ему разбить тебе сердце.

Перл рассмеялась при этой мысли. Юноши бегали за ней стаями, даже старики в городе провожали ее взглядом. Если кому и разобьют сердце, то точно не ей. Берегись, Джон Лоуренс! Это она украдет его сердце. Считай, уже сделано.