Кузены

 – Компания моего старого друга занимается юридическим сопровождением, и от него я знаю, что на съемках нужна дополнительная рабочая сила. Молодые люди, которые выполняли бы различные поручения, а также время от времени выступали бы в роли дублеров или статистов в массовых сценах. Я подумал, что вас троих это может заинтересовать.

– Еще бы! – выпаливаю я, не раздумывая.

– Ничего не обещаю, – добавляет Дональд, разрезая свою запеченную треску, – но если захотите, буду рад узнать подробнее. Как я слышал, там предоставляется жилье и платят неплохо.

Во всяком случае, больше, чем в текущий момент на курорте. Словом, все останутся в выигрыше. – Он прерывается, аккуратно отправляя в рот кусочек. – Вы получите ни с чем не сравнимые впечатления, а вашу бабушку, которой не под силу сейчас роль гостеприимной хозяйки, ждет самый обычный, спокойный летний сезон.

– Но у нас здесь есть работа, – раздумчиво говорит Джона. – Мы не можем просто взять и уехать.

Дональд машет рукой:

– Претендентов на летнюю подработку на курорте всегда больше, чем мест.

У нас длинный список желающих. Уверен, вам легко найдется замена.

– А мы будем работать с Данте Роганом? – затаив дыхание, спрашиваю я.

Милли вдруг резко встает, бросив салфетку на стул.

– Мне нужно отлучиться. Пойдешь со мной, Обри?

– Я вроде не собиралась…

– Тогда просто составь мне компанию.

Губы Милли улыбаются, но зубы стиснуты. Она подхватывает меня под локоть и тянет за собой. Мне остается только подчиниться.

Она буквально тащит меня через зал ресторана, огибая большей частью пустующие столики, распахивает дверь в женский туалет и останавливается перед зеркалом в золоченой раме над двумя раковинами. Пахнет здесь так, будто мы упали в чан с ароматической смесью из засушенных лепестков. Милли облокачивается на стену в розовом кафеле и скрещивает руки на груди.

– Тебе не кажется, что это немного странно?

Я улавливаю ее скептический тон, но все заслоняют собой мысленные картины постепенного сближения с Данте Роганом за кофе, который я буду ему подавать.

– Что, работа на съемках? По-моему, просто потрясающе!

– Серьезно? А по-моему, очень похоже на подкуп.

Я сдвигаю брови, упорно не желая отказываться от своих фантазий. Милли вздыхает:

– Ну же, Обри, подумай сама. Это ведь Дональд Кэмден – злой гений наших родителей. Ты правда считаешь, что он печется о наших интересах?

– Злой гений? – чуть не смеюсь я.

Однако… она ведь права.