Псы Вавилона

Между прочим, оставили следы своей деятельности. Вот видишь камень? – Археолог ткнул пальцем в валявшуюся неподалеку массивную плиту. – Он прикрывал вход. Они, чтобы попасть вовнутрь, отвалили его…

– И похитили содержимое, – догадался Саша.

– Не совсем, – загадочно заметил археолог. – Сейчас все узреешь сам. – Он достал из сумы керосиновую лампу, зажег ее и направился ко входу. – Придется передвигаться на четвереньках, – обернулся он к Саше, – и крайне осторожно. Если застрянешь, не дергайся. Остановись и позови меня.

Впрочем, ход достаточно короткий.

Заинтригованный Саша вслед за археологом протиснулся в узкий лаз и, перебирая коленями и ладонями, стал медленно двигаться вперед. Стены лаза, выложенные из неровного камня-плитняка, своими острыми краями время от времени больно врезались в руки и плечи, хотя на юноше и была грубая холщовая блуза. Воздух в подземелье оказался вовсе не затхлым, а самым обыкновенным, словно оно хорошо вентилировалось. Ход скоро кончился, и Саша вслед за Николаем Николаевичем очутился в некоем помещении, размеры которого из-за почти полной темноты определить было невозможно.

Всесвятский подкрутил фитиль лампы, затем высоко поднял ее над головой, и Саша увидел, что находится в совсем небольшой комнате аршинов[3 - Аршин – прежняя, до введения метрической системы, русская мера длины, равная 0,71 м.] десять-двенадцать в длину и примерно столько же в ширину. Тусклый колеблющийся свет лампы вырывал из мрака сооружение вроде постамента или стола, на котором лежало нечто, очертаниями очень напоминавшее человеческое тело.

– Погребальная камера, – вновь пояснил археолог, но Саше послышалась неуверенность в его голосе.

– А это что?!

– Посмотри сам. И не кричи, пожалуйста.

Археолог приблизился, склонился над предметом, осветив его и осторожно сняв с него кусок материи, и Саша увидел перед собой совершенно нагого мужчину со сложенными на бедрах руками. В первое мгновение юноша решил, что, сговорившись с каким-то бродягой, Николай Николаевич устроил ему элементарный розыгрыш.

Он невольно вскрикнул, отпрянув от стола, потом взглянул в лицо археолога, ожидая увидеть насмешку. Но Всесвятский оставался совершенно серьезным.

– Кто это? – задыхаясь как после быстрого бега, едва смог вымолвить Саша.

– Тот, кто лежит здесь не одну сотню лет.

– Так это мумия?!

– Если бы. Мумия, как ты помнишь, получается в результате бальзамирования тела.