Вы станете моей смертью

Я произнес это спокойно, даже пожав плечами, но у самого от этих слов внутри все сжалось, словно от тирады Ноэми о том, что я «ненастоящий». Хотя с восьмого класса мы с ними едва парой слов перекинулись, таких друзей, как Айви и Матео, у меня больше не было. Наверное, отдаляться от друзей вполне нормально, когда переходишь в старшую школу. Да и не сказал бы, что конец нашей дружбы стал для меня особо драматичным событием. Мы не ссорились, не обижались друг на друга, не говорили слов, которые невозможно потом взять назад.

Но меня все равно не покидает чувство, что все это случилось по моей вине.

– Хочешь еще пончик? – спрашивает Виола. – Наверняка тебе понравится наш новый вкус – фундук с беконом.

– Нет, спасибо. Пора ехать, а то в школу опоздаю. – Я закрываю крышку ноутбука и засовываю его обратно в сумку. Деньги оставляю на столе – их хватит и на три пончика. Компенсация за то, что у меня нет времени ждать нормальный счет. Закидываю сумку на плечо. – Еще увидимся!

– Надеюсь, – откликается Виола, а я уже проношусь мимо парочки хипстеров с одинаковыми стрижками и в колоритных футболках.

 – Нам тут тебя не хватало.

* * *

В целом я не верю в концепцию судьбы. Но на обычное совпадение это мало похоже: только я выхожу из машины на школьной стоянке, как сталкиваюсь с Айви Стерлинг-Шепард.

– Привет, – говорит она, а ее брат Дэниел, пробубнив что-то себе под нос, проходит мимо. Этот парень здорово вымахал с девятого класса: на днях я едва узнал его, вышагивающего по школе в форме для лакросса.

Айви провожает брата таким взглядом, словно сама в этот момент думает о том же, а потом поворачивается ко мне.

– Ого, Кэл! Сто лет не виделись.

– Да уж. – Я прислоняюсь к своей машине. – Разве ты не уезжала в Шотландию?

– Да, на шесть недель летом. Мама ездила туда читать лекции.

– Здорово, наверное. – Возможно, Айви уехала подальше после фиаско на шоу талантов. Я наблюдал его со второго ряда вместе с Ноэми и ее друзьями, загибающимися от хохота.

Да я и сам хохотал. Никак не мог сдержаться. А потом подумал, что Айви увидит, и мне стало стыдно. От этих воспоминаний я начинаю ежиться и быстро добавляю: – Так странно! Я как раз думал о тебе.

Мы с Айви всегда были только друзьями, так что я не переживаю, что она может неправильно меня понять. Мол, черт возьми, детка, я только о тебе и думаю. Однако я искренне удивляюсь, когда она говорит:

– Правда? Я тоже. В смысле думала о тебе.

– Да ладно?

– Да.