Вы станете моей смертью

Может, все равно стоит написать ему и предложить взятку в обмен на молчание? Но что я могу ему предложить? Кроссовки? Ага, как будто у меня в заначке как раз лежат сотни долларов на очередную пару «Найков» из лимитированной коллекции, по которой он сейчас сохнет.

Написать друзьям?.. Достаю телефон и вижу сообщение от моей лучшей подруги, Эмили. «Где ты? Ты заболела?» Ни она, ни я не пропускали школу с самого начала нашей дружбы в девятом классе, так что подобных прецедентов нет.

Пульс начинает неприятно учащаться.

Что сказал утром папа? «Тебе остается лишь идти с высоко поднятой головой». А я поступаю как раз наоборот: сбегаю, прячусь и показываю, что Бони победил меня во всех смыслах этого слова.

В машине становится душно. Воздух словно высасывают. Кондиционер вообще включен? Я смотрю сначала на приборную панель, потом на свой телефон, на Кэла, в окошко, потом поворачиваюсь на сиденье, чтобы посмотреть на Матео. Хотя его глаза по-прежнему закрыты, он вдруг начинает бормотать:

– Три… Два… Один…

Это бормотание прерывает мой внутренний наполненный паникой монолог.

– Что? – переспрашиваю я. – Я думала, ты спишь.

Он открывает глаза, и мы встречаемся взглядами.

– Ломка.

– Что, прости? – испуганно переспрашиваю я.

– Я про тебя. У тебя ломка – оттого, что ты пропускаешь школу.

– Нет у меня никакой ломки! – Не понимаю, что меня злит больше: что он все время притворялся, что спит, пока мы с Кэлом болтали, или что он угадал мое душевное состояние с закрытыми глазами. – Я и слова не сказала.

– Это необязательно. – Матео зевает и ерошит руками свои темные волосы. – Я слышал, как ты ерзала на своем месте.

– Ничего я не ерзала!

– Ребята, хватит! – Голос Кэла то ли весел, то ли на грани отчаяния. – Классное приключение! И не будет у нас никаких неприятностей. Если бы что-то пошло не так – нам бы уже позвонили.

Не хочу, чтобы кто-то снова сказал, что у меня ломка, так что просто спрашиваю:

– Куда мы едем?

– Начнем с торгового центра «Квинси». Там большая парковка, много кафешек и все такое.

А рядом есть океанариум, если вдруг мы захотим куда-то сходить. Например, посмотреть на пингвинов.

– На пингвинов? – повторяю я за ним.

– Мне нравятся пингвины… Ну, раньше точно нравились. Может, и сейчас понравятся.

Я все еще сижу лицом к Матео, и мы с ним обмениваемся недоуменными взглядами.

– Сомневаюсь, – говорю я.

Я не уверена, что это верный ответ, потому что Кэл тяжело вздыхает.

– Вот и проверим.