Солнце мертвых

Если бы не Жабий камень…

– Ну и нашла ты Жабий камень? – с любопытством спросил старик. – Ай, ай, Асмодеюшко, – засмеялась Глафира, – будто ты не знаешь. Ищу покудова. Я думаю, – задумчиво произнесла она, – у кикиморы точно он есть.

– Так попросила бы.

– Ага, даст, как же…

Странные, однако, были разговоры. Петухова слушала всю эту галиматью и с удивлением ловила себя на мысли, что тоже хочет включиться в беседу.

– А что за Жабий камень? – робко спросила она.

Глафира фыркнула и не удостоила любопытную библиотекаршу ответом.

Зато Асмодей чрезвычайно любезно начал объяснять:

– Очень полезная вещь. Любой яд обезвредить может. Скажем, пьешь ты отравленное вино – брось в кубок Жабий камень и пей себе спокойно. Только не в каждой жабе он есть, Глафира вон сколько нечисти этой извела, а все не нашла.

– А может, нашла! – запальчиво произнесла Глафира.

– Хорошо, мы проверим, – кротко промолвил старик. – Однако наша гостьюшка в недоумении, зачем мы ее позвали. А затем, ласточка ты наша, чтобы посвятить тебя.

Глафира снова фыркнула, но промолчала.

Асмодей глянул на нее исподлобья, глаза его превратились в огненные уголья.

– Ты, бабонька, – вкрадчиво сказал он, – много себе позволять стала.

Та как-то съежилась и ласково, успокаивающе произнесла:

– Асмодеюшко, не сердись на глупую бабу, все от скудости ума…

– Ладно, ты не слушай ее, – обратился к Петуховой старик. – Посиди и послушай. Ты, конечно, глядя на нас, недоумеваешь: кто мы, что мы, ну и так далее…

Валентина Сергеевна кивнула, хотя и представляла, кто перед ней.

– Мы, конечно, персоны неприметные, однако других хорошо замечаем. Вот тебя, например, давно приметили. Многое о тебе знаем. И очень уж ты нам понравилась. Тем более что одного ты с нами корня.

– То есть? – не поняла Петухова.

– Ну как же, ласточка, родословной своей не знаешь. Дед-то твой, Петухов Григорий Семенович, ведь он из наших был.

– Не может быть! – подалась вперед Валентина Сергеевна.

– Может, может, ты уж поверь старику.

Конечно, он в городе служил, чиновником был, это верно. Но с нами связь не терял, наезжал, бывало, сюда, в Лиходеевку. Я тогда помоложе был, но помню его хорошо. А уж прадеды, прапрадеды твои вообще отсюда родом. Между прочим, мы с тобой дальние родственники. Так что…

Старик замолчал, внимательно посмотрел на нее.

– Деяния твои весьма нам по нраву пришлись. Кровь-то, она себя дает знать.

– Вы на что намекаете? – спросила Петухова.