Моцион

Вода, и та принесённая, пробовали из ручья набирать, как охотники, но даже после очистки металлический вкус зашкаливал. Но я же с учёными, они эту воду в своей переносной лаборатории разве что по атомам не разбирали, но не нашли ничего. Вода как вода, но что-то неуловимое делало её непригодной для питья. А зверья здесь отродясь не было. Так что сидели мы всей группой и жевали макароны пресные. Я ещё по пути набрал для поваров трав душистых, да и своих специй разнообразных у них с собой было предостаточно. Но зона есть зона, вкусы пропали, хоть перец красный жуй, ничего не почувствуешь.

Вот такая особенность депрессивненькая. Я оглядывался, стараясь заглянуть в лица, но всюду было одно и то же – лишь грусть и уныние. Потрясающий контраст, закатное солнце осветило макушки деревьев, раскрашивая их в розовые тона, и ещё белый, дневной свет играл на самых верхних иголках, блестя и отражаясь, бросал невообразимо красивые, почти зеркальные, отблески. Никогда не видел ничего подобного, чтобы хвоя таким чудным образом флюоресцировала, но здесь, в зоне, похоже, и не такое возможно, стоит лишь присмотреться, пробежаться глазами, заглянуть под камешки. Удивительное место, ноги моей здесь больше не будет ни за какие деньги. Некоторые поднимали лица, как и я, смотрели вверх, пробудив в себе прекрасное. Было безразлично на всё, нас окружал прекрасный, хоть и странный лес, но в душе была полнейшая апатия. Лучи практически стали не видны, и вокруг нас стало быстро смеркаться, уставшие и грустные люди механически сложили посуду в боксы и начали разбредаться по своим палаткам. Наступала ночь. А я всё сидел на поваленной ветке и оглядывался, что-то не давало мне покоя. Вот одна палатка закрылась, за ней другая. Гасли тусклые фонари, переключаясь с бледного белого на тусклый зелёный. Столы сложены, часовые лениво бредут по намеченным тропам, а я всё сижу с тарелкой. Холодный ком макарон с воткнутой и треснувшей вилкой уже давно отставлен в сторону, безразличие плавно и нехотя сменяется на беспокойство. Что-то происходит, но мысль не ухватить. В полумраке я заметил профессора, он пренебрёг своей привычкой докопаться до меня на ночь глядя и шёл мимо. Ещё один пункт в коллекцию странностей? Да хрен там рос! Я сам встал и подошёл к нему. Начинать разговор было нужно, вот только как?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.