Одна среди туманов

Тем временем мистер Пикок сложил перед собой свои крупные ладони (на одном из его чисто отмытых розовых пальцев я увидела массивный золотой перстень с крупным бриллиантом) и осведомился елейным голосом:

– Ну а чему я обязан удовольствием видеть вас, юные леди?

Сара Бет открыла свой ридикюль и стала в нем рыться.

– У папы сломались часы – просто остановились, и все, и он надеется, что вы сумеете их починить. Это… это очень ценные часы, они принадлежали еще папиному дедушке, который служил в кавалерии под началом генерала Форреста, и прошли с ним всю войну.

Кажется, эти часы были при нем, я имею в виду – у дедушки, когда он сражался под Шайлоу. В общем, папа их очень любит. Мама сказала – она просто не представляет, что делать, если часы не починятся.

С этими словами она вытащила за цепочку большие золотые часы с двумя брелоками: один был с гербом рыцарей-тамплиеров, в другой был вставлен отполированный черный камень. Я в них не очень разбираюсь, но, по-моему, это был оникс.

Мистер Пикок достал из кармана увеличительное стекло и, вставив его в глаз, внимательно осмотрел часы.

– Вещь действительно очень ценная. Настоящее произведение искусства, – сказал он.

– Их сделали в Швейцарии, – сказала Сара Бет. – Моя прабабушка подарила их моему прадедушке, когда они ездили туда в свой медовый месяц.

Мистер Пикок слегка наклонил голову и ловко уронил увеличительное стекло в подставленную ладонь.

– Стало быть, эти часы не только произведение искусства, но и историческая, а также семейная реликвия, – заявил он с легкой улыбкой. – Что ж, попробуем что-нибудь с ними сделать. Должен сказать, мисс Хитмен, вам и вашему батюшке очень повезло – я буквально на днях нанял нового мастера, очень талантливого молодого человека. Он приехал к нам из Миссури, но здесь у него есть родственники… Вы, вероятно, их знаете – это Скотты, которые торгуют фуражным зерном.

У юноши оказались слабые легкие, и ему было трудно переносить суровые северные зимы, поэтому родители и отправили его на юг, к родне. Отец молодого человека владел часовой мастерской, и юный Джон проводил там все свое свободное время, наверное, с тех самых пор, как выучился ходить. Я его, конечно, испытал, и сдается мне – он знает о часах и часовых механизмах все, что только можно о них знать, да и руки у него золотые, просто золотые.