Бирюзовая зима

Приподнявшись на цыпочки, я принялась покрывать поцелуями его шею. Элиас не шевелился, а мои руки тем временем скользнули по его груди и животу к поясу. Пальцы мои дрожали, когда я вцепилась в кожаный ремень и стала потихоньку его расстегивать, как вдруг… Как вдруг Элиас схватил меня за запястья.

– Что ты делаешь? – спросил он.

Я растерянно молчала.

– Но… ты же за этим меня сюда притащил, – наконец сказала я.

Он пристально смотрел на меня, и я видела, как его лицо становится все напряженнее.

– Вовсе не за этим я тебя сюда притащил! Как ты не понимаешь, черт бы тебя побрал?

Я вся сжалась – такой суровый у него был голос! – и сделала шаг назад. Меня так поразила его реакция, что я разом протрезвела, и меня затошнило.

Он сделал глубокий вдох, провел рукой по лицу и на миг замер.

– Что же мне еще сделать? – спросил он. – Что сделать, чтобы ты мне, черт возьми, поверила?

– Я тебе верю, – возразила я, теребя край футболки.

– Ты мне веришь? – он невесело рассмеялся. – Если б ты мне верила, ты бы не несла такую чушь!

Я не осмеливалась взглянуть ему в лицо, но чувствовала, что он смотрит на меня.

– Не надо так, – пробормотала я.

– Не надо как?

– Не надо вести себя так, будто сделал мне п-признание в любви! Ты мне только что сказал, что я тебе нравлюсь! Но нравиться мождаже п-постер на стене!

– Однако это все же больше, чем я знаю о тебе! Ты-то мне вообще ничего не говоришь! – ответил он.

 – Ни слова о том, нравлюсь я тебе хоть капельку или нет! Единственное, что я вижу, – ты нервничаешь, когда я приближаюсь, – ну и? Что мне с того? – Он сделал паузу. – Когда у меня возникает хотя бы искорка надежды, что… что все мои усилия не напрасны, ты тут же говоришь или делаешь что-то такое, что вновь сбивает меня с толку! – Вот хотя бы сегодня на вечеринке! – продолжал он. – Я наконец оставил тебя в покое – и что? – Элиас не ждал ответа, который все равно не получил бы.  – Ты преследуешь меня весь вечер напролет. А зачем? Чтобы поставить меня в еще более дурацкое положение, чем раньше! Ты хотя бы представляешь себе, что я чувствую?

Он смотрел на меня, и взгляд его пронзал насквозь. Но что тут скажешь? Он был прав, о его чувствах я имела очень приблизительное представление. Я только ощущала, как судорожно сжался у меня что-то в животе.

– Боже, Эмили, – произнес он.