Бирюзовая зима

– Можно узнать, где я поцарапалась? – спросила я.

Губы Элиаса расплылись в усмешке – и это само по себе уже было ответом.

– Ты не помнишь мсье Кусто?

– Мсье Кусто?

Он кивнул.

– Ладно, – сказала я, – пожалуй, я не хочу об этом знать.

Он тихо рассмеялся, но его мелодичный смех смолк быстрее, чем обычно. Снова тишина.

– Ты вообще ничего не помнишь? – поинтересовался он после паузы, отводя глаза. – Или что-то все-таки осталось от вчерашнего вечера?

Я почувствовала, как загорелись щеки.

– Ты имеешь в виду все прочие мои позорные выходки? Например, как я блевала у тебя на глазах?

Я сама содрогнулась от собственных слов.

Даже мысль об этом вызывала отвращение.

– К примеру, – произнес он с усмешкой.

– Ты имеешь полное право припоминать мне это до конца жизни.

– Не бойся, я совершенно не собираюсь этого делать.

– Но я заслужила, – сказала я и вновь принялась разглядывать чрезвычайно интересный ламинат. Надо же, правду говорят, что каждое колечко на дереве не похоже на другое.

Поразительно.

– Будет тебе. Если можно блевать эстетично, поверь – тебе это удалось.

Уголок его губ пополз вверх. Я попыталась выдавить ответную улыбку, но не смогла.

– Честное слово, Эмили, – добавил он, – ты самая очаровательная пьянчужка на свете.

Похоже, Элиас как-то по-своему понимал не только слово «милый», но и слово «очаровательный». И все равно я покраснела. Я принялась натягивать рукава толстовки на кисти рук, а потом поддергивать обратно. Туда-обратно семь раз подряд.

Когда я наконец осмелилась поднять взгляд на Элиаса, он как раз открыл рот, словно хотел что-то сказать – но снова закрыл, ни слова не вымолвив.

– Что? – осведомилась я. Вопрос сорвался с губ непроизвольно, и я сама тут же ужаснулась.

– Ничего. Просто… – Он замолк.

– Что просто?

Теперь он проделывал те же фокусы с рукавами.

– Мне просто интересно знать, помнишь ли ты, что было дальше.

Несколько секунд я просто смотрела на него. В глубине души я все время надеялась, что он заговорит об этом, но теперь, когда решительный миг настал, я поняла, что не готова.

«Обещаешь, что постараешься запомнить хотя бы одну вещь?» Его голос отдавался в голове. Эти слова он сказал минувшей ночью. Или мне все приснилось?

Не знаю, что на меня нашло, но, когда я взглянула в его глаза, которые так доверчиво смотрели на меня, все получилось как-то само собой. Я неуверенно кивнула и понадеялась, что Элиас распознал в этом движении кивок.