Вишневое лето

 – Чего тебе надо?

– Я просто хотел пожелать тебе спокойной ночи, золотце, – сказал он, изображая невинность, но я просто чувствовала, что он ухмыляется.

– Спокойной, – ответила я и сбросила звонок.

Что за придурок! Я натянула на голову покрывало и вскоре снова уснула.

Глава 6. Любовные письма

Привет, Эмили,

прости, что отвечаю только сейчас. Я провел вчерашний вечер с друзьями и лег спать только под утро. А чем ты занималась? Надеюсь, ты осталась мне верна.

Мне стыдно, но я почти ничего не знаю о твоих любимых авторах.

Эдгар Алан По писал стихи, или я ошибаюсь? А что касается Чака Паланика, мне сначала показалось, что речь идет о какой-то жуткой болезни, зато Франц Кафка рождает во мне кошмарные воспоминания. Когда я учился в школе, мне пришлось прочитать несколько его рассказов. Это было ужасно! Дочитав предложение до конца, я успевал забыть, с чего оно начиналось. Кто станет читать такое добровольно?

Ты уже смеешься надо мной? Ну да, я это заслужил. Тебе было недостаточно быть красивой и с отличным музыкальным вкусом, да? Надо было еще продемонстрировать силу своего интеллекта! Что еще ты от меня скрываешь? Может, ты еще и в квантовой физике разбираешься? Или умеешь чихать с открытыми глазами? Если да, то давай лучше отвлечемся от этого на минутку, расскажи мне что-нибудь еще о твоих любимых авторах.

А что касается твоего предупреждения, ты хочешь сказать, что неуклюжая? Должен признаться, что нахожу это очаровательным. С нетерпением жду момента, когда ты представишь мне весь персонал твоего любимого травмпункта.

Пожалуйста, не пойми меня неправильно!

Позволь мне кое-что процитировать:

«Когда людям раздавали женственность, я встала не в ту очередь и вместо нее получила неуклюжесть. Теперь приходится довольствоваться тем, что есть».

Я знаю и ценю твою склонность к сарказму, но в нем всегда таится зерно правды, и если ты в действительности так думаешь о себе, Эмили, то ошибаешься! Может быть, ты не похожа на «типичную» женщину, но что это вообще такое? Конечно, мы мало знакомы, я видел тебя только издали, и пара писем, которыми мы обменялись, не позволяют сказать, что я тебя по-настоящему знаю.

Но я должен тебе сказать, что в тебе есть что-то очень нежное и невероятно женственное.

Я не хочу тебя разочаровывать, и у меня для тебя есть еще один вопрос. Надеюсь, ты не воспримешь его как вторжение в личную жизнь, и я буду очень рад, если ты на него ответишь.