Дикарь

Некогда, надо полагать, ров был глубок, но нужда в нем отпала.

– Было время, когда маги воевали, – счел нужным пояснить маг. – Но давно.

– С кем?

– В основном с мешеками.

Миха заворчал.

– Да, кто с ними только не воевал. Но те времена в прошлом. Сейчас они не рискуют приближаться к границе. И не только они.

Корабль ощутимо тряхнуло, когда колеса его коснулись земли. Он накренился, заскрежетал, а куцые крыльца замахали быстрее.

– Мы уверились в собственном могуществе, – маг оперся на борт. – Смотри хорошо.

– Кого?

– Древних, – маг проявил невероятное терпение. – Тех, кто и создал этот город, как и многие иные.

– И где они?

– Города?

– Древние, – Миха прищурился.

Дорога. Хорошая дорога. Широкая. На такой и пара кораблей разминется, хотя, конечно, людновато. Где-то там, вдалеке, виднелись суда поменьше, но тоже на колесных платформах, причем поставленных одна за другой.

Поезд?

В памяти мелькнула безумная картинка сооружения, от которого воняло железом и людьми.

Точно поезд.

И повозки.

Одни тянулись в город, другие – из него.

– Древние ушли. Когда? Давно. Еще до той ночи, когда рухнуло небо. От них только и осталось, что эта вот дорога, и другие.

– И города?

– И города тоже. Правда, города сгорели, почему-то на них звезды падали особенно часто. А что не сгорело, было разорено людьми. Не важно. От Древних остались знания, но тоже оборванные.

По обе стороны дороги возвышались столбы.

Белые.

И не из камня сделанные. Впрочем, на металл вещество тоже не походило.

– Ночью они светятся. Это во многом облегчает жизнь, – маг заметил внимание. – Но ты лучше смотрит туда. Вон, сейчас как раз пойдем мимо. И неспешно. Уже потом, когда минем рынки, погонщик добавит скорости.

Миха кивнул. Логично. Судя по тому, что творилось на дороге, особо здесь не разгонишься.

– Это крупнейший из рабских рынков, – маг выпрямился, вглядываясь куда-то вперед. Ему хорошо, а вот Михе только и видны, что низенькие длинные дома.

На коровники похожи.

И помосты тоже видны.

Люди на помостах. Кто-то кричит, кто-то отвечает. И голоса, мешаясь с грохотом колес и дребезжанием корабля, сливались в один сплошной гул.

– Каждый год сюда привозят больше пятнадцати тысяч рабов. К тем, которые уже существуют в городе.

– Откуда?

– Со всех концов мира. Степи, пустыни. Говорят, за морем есть иные земли, дикие, на которых обретаются дикие же люди.