О бедной сиротке замолвите слово

Соскучилась?

– А то, – мрачно сказала я. – Давно…

– Не злись, пришлось срочно уехать. Конечно, стоило записку оставить, но… спешил.

– Да ладно…

В конце концов, мы друг другу никто, так, чуть больше, чем случайные знакомые, и несоизмеримо меньше, чем друзья. Друзей у меня нет, не было и, полагаю, не будет, хотя понимание сего факта не отзывалось в душе моей скорбью.

– Сестра заболела, – вздохнул Марек. – Точнее, она давно болеет. Просто иногда ей становится хуже. И тогда…

Он махнул рукой.

А я кивнула.

Что тут еще скажешь? Знаю я таких… затяжная болезнь с ее обострениями и ремиссиями, которые порой затягиваются надолго, и тогда даже начинает казаться, что болезни как таковой вовсе нет. Иллюзию здоровья, как правило, разрушает очередной приступ.

– Сейчас все почти нормально. Спасибо, что спросила, – Марек обиженно засопел. А я пожала плечами: ждать от меня сочувствия не стоит. Не умею я. – А ты что делала?

– Училась.

– Ага… и как оно?

– Нормально.

На некоторое время воцарилось молчание. Марек ковырялся вилкой в каше, я раздумывала над тем, куда отправиться: в библиотеку или в свою комнату, где меня ждал недописанный конспект по основам рунологии. А еще на послезавтра надо подготовить две главы из учебника по академическому построению малых словоформ.

– Ага… – Марек поерзал и поинтересовался: – Говорят, это ты Эрику нашла?

Интересно, кто говорит и вообще откуда это известно? Хотя сплетни – дело такое, никто не знает, как именно они рождаются, главное, что, появившись однажды, они выходят в люди и уже там обрастают самыми удивительными подробностями.

– Я.

– И… как ты?

Марек заботливо коснулся руки.

– Нормально. Кошмары не мучают. Совесть тоже, – я поднялась. Продолжать бессмысленный этот разговор не было ни малейшего желания. – Мне пора…

– Погоди, – Марек догнал меня. – Не злись, пожалуйста, просто… я очень о тебе волнуюсь.

– Не стоит…

– Мне сказали, что ты ездила с Айзеком в город…

– Случайная встреча.

И почему я вообще должна оправдываться и что-то объяснять? Но Марек уже подхватил меня под руку и потянул за собой.

– Он опасен, Маргарита, очень опасен. Я кое-что узнал… – он оглянулся, будто подозревая, что нас подслушивают. Нет, в свете недавней беседы с безликим господином вполне могло статься, что и подслушивают, и отслеживают, и вообще… но вряд ли Марек, крутя головой, обнаружит эту самую подслушку.