Советник

Ну, во всяком случае ничего такого, что могло бы за оружие сойти, Миха не заметил. С другой стороны, и дети здешние рано взрослеют, и в платьях местных не то, что нож, двуручник спрятать можно.

– Если я… если мешаю, – она потупилась и отступила. – Просто… там тяжело.

– В замке?

Миха подавил вздох. Самым разумным было бы или отправить её обратно, или самому свалить. Благо, в замке хватает башен, с которых можно небесами любоваться. А он стоит.

Смотрит.

Невысокая. И худенькая. Бледная почти до изнеможения.

Волосы светлые убраны под сетку. В сетке камушки поблескивают, на платье в том числе. Само платье вроде и простое, но из какой-то переливчатой ткани. Да и цветочками расшито.

– В замке. Тетушка… очень добра.

Ну да, крокодилы, они в душе тоже добрые, просто не каждому душу разглядеть дано.

– Мне жаль, что так получилось.

Странно извиняться перед человеком, что убил его отца. И не только отца, если подумать.

– Я предпочел бы решить дело миром.

– Вряд ли у вас бы получилось, – она пожала плечами и сделала шаг, заставив Миху отступить.

 – Вы меня боитесь?

Взмах ресниц. Лукавый взгляд.

– Разумно опасаюсь, – уточнил Миха.

– Меня?

– В том числе.

Смешок. И во взгляде появляется та самая женская заинтересованность, к которой Миха вот сейчас не готов. Справедливости ради он и прежде не очень готов был. Но сейчас – как-то особенно.

– Я все-таки убил вашего отца, – напомнил он на всякий случай.

– О, ничего страшного.

– Ничего страшного?

Девице надоело играть, и она фыркнула.

– Не могу сказать, что он был добр к нам с сестрой. И к кому бы то ни было, – она приподняла подол платья. – Я понимаю, что хорошая дочь должна быть тиха и покорна. И уважать отца. Исполнять его волю. Подчиняться во всем…

Она подошла к краю башни.

– Поверьте, с тетушкой нам хуже не будет. Скорее даже наоборот.

– Не понимаю.

– Вы и правду прибыли издалека? Как говорят?

– Дальше некуда.

– У вас все иначе?

– Многое.

Странный разговор. Но подходящий для места и времени.

А небо вновь выпускает звезды. Нити света вспыхивают и тают, одна за другой, одна за… их много и кажется, будто на небе рисуют, с той, с обратной стороны. По-своему это даже красиво.

Если не знать, что это астероиды сгорают где-то там, в верхних слоях атмосферы. А вот знание и вправду несколько убавляет восторга.

– У отца три жены. Но ни одна не родила ему сына, – сказала девушка. – Алисанна.

И слегка присела, склонив голову.