Советник

Покатились по полу золотые монеты, и Верховному подумалось, что все-таки он уже видел когда-то нечто похожее. Но где?

– Все, – маг выдохнул и на четвереньках подполз ближе ребенку, чтобы прижать пальцы к её шее. – Она просто спит. Надо… надо напоить её. Водой. Чистой. Понемногу. Совсем понемногу, иначе тело извергнет жидкость, но постоянно.

– Принеси, – Верховный поглядел на Ксочитл, которая молча поклонилась.

И ушла.

Умная женщина. И понимает все верно.

– Что с ней? – Верховный не сразу решился задать вопрос.

Он смотрел, как маг ощупывает тело, такое хрупкое. И еще думал, что за подобную вольность во времена былые магу отрубили бы руки, а потом и ноги, если не хуже.

И след на отливающей золотом коже, след прикосновения темных пальцев, чужих пальцев, взывал об отмщении.

Если кто узнает…

– Уже ничего. Сон… она будет ослабевшей. Часа через два надо выпаивать бульоном. Сперва слабым, но попозже – крепким. Из еды – каши, но очень хорошо разваренные. Приправить можно медом.

Немного масла. Но немного. Слишком жирная пища не для неё сейчас.

Он поднялся и поднял тельце на руки. Кое-как дернул плечом, пытаясь пристроить голову, которая опасно запрокинулась. И Верховный, словно очнувшись, бросился помогать.

Девочка была теплой, даже горячей.

И дышала.

Пусть слишком быстро, как после долгого бега, но все же дышала. Сердце… он поймал руку и с облегчением ощутил биение кровяной жилки.

Девочку маг отнес в её покои, уложил на кровать и сказал:

– Её надо омыть полностью, чтобы ни капли этой дряни не осталось.

И когда появилась Ксочитл, повторил, медленно и спокойно. Женщина посмотрела на Верховного и тот кивнул, подтверждая, что указания мага надлежит исполнить.

– Я загляну после, – тот оказался в достаточной мере сообразительным, чтобы отступить и отвернуться, когда Ксочитл принялась разоблачать Императрицу. – Пока же…

– Побеседуем?

– Именно.

Усыпанный золотыми монетами пол производил угнетающее впечатление.

Некоторые башенки уцелели, как и престранное сооружение, отдаленно напоминающее пирамиду.

Или пирамида и есть? Но из монет её нельзя изобразить точнее.

Тогда… тогда линии, берущие начало от стен её, это дороги.

Остальные – город?

Весьма на то похоже. Нет, не весь. Весь бы не вместился, даже с учетом того, что покои Императрицы велики, а сундуки полны на две трети. Да и в казне имеются еще, хватило бы, но… нет, это другой город.