Восток. Запад. Цивилизация

На улице светало, но в гостиной горели газовые рожки, и потому казалось, что за окнами еще темно. Сквозь эту темноту прорисовывались тени ветвей.

Ветви шевелились от ветра и скреблись о стекло.

– Доброго… – Эдди замешкался. Утра? Ночи? И доброго ли. – Доброго времени суток. Если мое присутствие неуместно, то…

– Скорее наоборот. – Старший из Орвудов указал на кресло. – Ситуация весьма неоднозначная. А вы показали себя как человек, мнению которого можно доверять. Что вы знаете о ведьмах?

– Темных? – уточнил Эдди.

– А бывают светлые? – встряла сестрица Эваноры.

Взбудораженная.

Растрепанная.

В мятом домашнем платье, поверх которого наброшена шаль. Бледные руки мнут края этой шали.

Бледные пальцы с синеватыми ногтями.

Бледное лицо.

И черные глаза.

– В мире много чего бывает, но обычно светлых называют иначе.

– Как же? – Она вздернула подбородок.

– Виктория, – поморщился Орвуд-старший. – Будь добра, веди себя прилично.

– А разве ведьмы ведут себя прилично?

– Не знаю про ведьм, но ты моя дочь.

Поэтому окажи любезность, – произнес он с нажимом.

Эванора, в отличие от сестры, почти потерялась в кресле. Она сидела очень прямо и очень тихо. Только, пожалуй, теперь и слепой не спутал бы ее и сестру.

– По-разному, – примиряюще сказал Эдди. – Целительницами. Прорицательницами.

– Магичками?

– Это не совсем то… это Дар. Милисента одаренная, но не ведьма.

– Почему так?

– И ведьмы, и маги берут Силу мира, но маги каким-то образом претворяют ее в магию.

В огненные шары, к примеру. – Больше ничего в голову не приходило. – А вот ведьмы эту Силу в мир возвращают, получая за то возможность его менять.

– А разве огненные шары его не меняют?

– Меняют, – признал Эдди. – Но не так. Тут дело вот в чем.

Он постучал себя по голове и затем – по груди.

– Не только эти ваши ученые разбираются… знавал я одну старуху. Она жеребят заговаривала. Совсем махоньких. Омывала ключевой водой. Шептала чегой-то, отчего из тех жеребят такие кони росли, загляденье.

Но вот Дара в ней ни на грош. Ведьмы чуют мир. И Силу в нем. Аккурат как кошки – кошачью траву. Где Силы больше, там они больше могут, а где меньше – там меньше. А уж насколько больше или меньше, то от мира зависит. Но Силу в себе они не удержат. Маги же, наоборот, больше нужного не возьмут, но и отдать не сумеют.

– Это несколько ненаучно, – заметил Бертрам, разливая по стаканам темный настой.

– Я дикарь, – отмахнулся Эдди. – Какая уж тут наука.