Жемчужина её моря

Почва была прохладной и рыхлой. Она забивалась под ногти, пачкала одежду и летела в лицо. Он никогда не задумывался, на какой глубине рыли могилы, но, надеялся, что не слишком глубоко. Меньше всего ему хотелось до рассвета руками рыть могилу.

Надеясь ускорить процесс, капитан старался активней работать руками, раскидывая комья земли в стороны и углубляясь на дюймы вниз. Когда мышцы предательски сводило судорогой, он вставал, пару минут разминался и вновь принимался за дело, не обращая внимания ни на саднящие пальцы, ни на пот, застилающий глаза.

И, если он не хочет оказаться там, где роет землю, стоило все же отыскать чертову карту. Иногда ему казалось, что Смерть дышала в затылок, касаясь шеи своими ледяными руками.

Обри думал, что прошла вечность, когда немые пальцы наконец ощутили что-то помимо проклятой почвы. А еще он думал, что могилы нужно рыть чуть больше, чем три с половиной фута. Но ему же лучше, что Каталину не похоронили еще глубже.

Не обращая внимания на ноющие мышцы, капитан раскидал последние клочья земли в стороны, открывая вид на серый и частично разложившийся саван. Уже готовый молиться богу, в которого не верил, он достал кортик и разрезал ткань, стараясь не вдыхать полной грудью прекрасные запахи разложения. Дерьмо, если он еще раз подумает о том, как отвратительно пахнет на кубрике, нужно будет непременно вспомнить этот очаровательный запах, от которого хотелось проблеваться.

Сдерживая рвотные позывы, он без тени брезгливости взглянул на разложившее тело, обнажившее грязные кости. Аккурат меж ребер застрял не менее грязный листик, видимо, случайно провалившийся туда и только каким-то чудом не разложившийся. Видимо, тело было забальзамировано и лишь это позволило ожившему мифу не кануть в лету. Выхватив его, Обри быстро отполз в сторону, но его все равно вывернуло наизнанку от бодрящего аромата Каталины.

Утерев рот рукавом рубахи, капитан наконец развернул заветную находку, испачкавшуюся в… лучше не знать, в чем, пока его опять не вывернуло на траву.

Бумага была пожухлой и желтой, покрытой тонким слоем грязи, но маршрут, написанный на ней чуть выцветшими чернилами, был вполне себе разборчив. Капитан мельком скользнул глазами по тексту, понимая, что не может разобрать ни слова. Возможно, все дело в усталости и плохом свете. Он разберется с этой неприятностью позже.