Мужчина апреля

Допустим, кролик, измученный стрессом в доме, голодом и жаждой, удрал в проделанную человеком (не будем пока касаться вопроса зачем) дыру. Но далеко он не смылся. Кролики не удирают далеко. И этот демонстрировал нормальное поведение.

Я глянула сначала на экран телефона. Лена не перезвонила. Не прислала сообщение. Потом позвонила себе в контору:

– Бера, а очередь на Милочку большая?

– Сейчас посмотрим.

Милочка – бигль, натасканный на поиск пропавших животных. Живых. Пока еще можно надеяться на лучшее.

– Тебе куда?

– Район Арбата.

– Завтра только если.

– А сегодня никак?

– Лапушка зато свободен.

Это такой наш внутренний черный юмор. Лапушка натаскан искать мертвых.

– Нет, – вздохнула я. – Все не так плохо.

– Отыщется. Апрель ведь. Куча компаньонов в это время года удирает искать любовь.

Я поблагодарила Беру и нажала отбой.

Допустим, и кролика позвали в путь гормоны. Но камеру уж точно не он с собой прихватил. Тот, кто разрезал сетку? Запись, которая пропала вместе с камерой, сделана в течение вечера и ночи.

В нормальной ситуации кролики ночью спят.

В нормальной.

Значит, на записи – не мирно спящее животное. Но тогда что?

У меня не было даже гипотезы.

Пассажирки входили и выходили. Казалось, одни и те же женщины делают такое странное упражнение: вышли, постояли снаружи, зашли, постояли в трамвае, опять вышли, снова зашли.

Голова у меня слегка плыла.

Когда на табло зажглось название остановки «Старый стадион», ясно мне было только одно: я горячо желаю вернуться в понедельник.

В свою привычную жизнь. Понятную, удобную. Меня глодало чувство, что я ввязываюсь в какую-то мутную историю и очень потом об этом пожалею.

– Выходите? – спросила женщина сзади.

Я очнулась и ступила на тротуар.

Двери тихо зашипели. Трамвай отошел.

Странно признаться, но в Тушине я ни разу не бывала. Вот так можно всю жизнь прожить в Москве и толком не знать ничего, кроме своего района и центра. Тушино – один из многих московских районов, название которого мне ничего не говорило.

Да и облик тоже ничего не сказал. Такие же реконструированные высокие дома, такие же таунхаусы с крохотными садиками и батутами для детей. Такие же чистые уютные улицы. Сквозь ветки, пока еще голые, синели солнечные батареи крыш. Как везде. Разве что таунхаусов побольше, чем в центре: здесь земля намного дешевле.

Сверяться с картой в телефоне мне не требовалось, стадион, где Айна назначила мне встречу, я увидела сразу.