Мне холодно

Ресепшен оказался занят большой группой туристов. Когда каждый из них получил ключ-карту, Кира подошла к молодой девушке-администратору в белой рубашке. В хороших гостиницах персонал похож на роботов. У них как будто нет эмоций и мнения о вас. Замужняя москвичка, которой требуется ночь в отеле? Конечно, все в порядке, никаких выводов из этого не сделать. Как и из тех ситуаций, когда, например, номер снимают мужчина лет 40 с кольцом на безымянном пальце и молодая девушка – без. Отстраненность – как других людей, так и своя собственная – всегда была для Киры комфортна.

Она была стеной, которая ограничивала ее, не пускала к остальным, но и защищала от них.

– Видимо, какой-то технический сбой, – сказала администратор. – Вашу бронь вижу, но на этот же номер уже была другая бронь, и гость уже заселился. Мне очень жаль, могу сделать вам скидку на следующий раз.

На Киру нахлынуло отчаяние.

– А в других корпусах?

– Там тоже ничего, я уже посмотрела. Очень сожалею, правда.

– Я не могу сейчас ехать в другую гостиницу.

Не могу. Я совершенно без сил. Может, найдется хоть какой-то другой номер? Пусть подороже…

– Боюсь, у нас все битком.

Кира была совершенно разбита.

– Впрочем, есть один номер…

– Давайте.

– Но там не до конца закончен ремонт.

– Давайте его. Мне без разницы.

В номере ничто не указывало на незавершенный ремонт. Кажется, его там и не начинали – кое-где на стенах виднелись царапины от чемоданов или еще чего-то, обивка кресла была потерта. Все было, как во всех отелях – свободные от вещей шкафы и поверхности, иллюзия, будто здесь никто раньше не жил.

Все чисто и пусто. Ровно заправленная кровать. Номер будто появился из ниоткуда, специально для Киры.

Она кинула рюкзак на пол и подошла к окну. Распахнув тяжелые занавески, увидела застывшую от холода Москву. Вдалеке виднелись гигантские трубы, из которых шел дым. Кажется, именно они отвечают за отопление в городе. Работают, чтобы москвичам было тепло и уютно дома. Приглядевшись, можно было увидеть Сити.

Пятнадцатый этаж. Самое то, чтобы любоваться городом. И еще, если выйти из окна пятнадцатого этажа, то все получится наверняка, подсказал незваный голосок в голове. Кира его отогнала.

Небо заволокло темно-серыми тучами. Все под этим небом затихло в ожидании. Но ни дождь, ни снег так и не начались. Мир за окном то ли был мертв, то ли заснул.

В холода московское небо иногда становится пронзительно оранжевым. Звезд в такую ночь не бывает, даже если нет облаков.