Не очень хорошие люди

Сергей решил, что нужно просто игнорировать эту троицу, но вместо этого начал думать о причинах своего плохого настроения. Возможно, это просто зависть. Они богаты, а он беден. У них есть семья и наверняка много друзей, у него нет никого. Все трое слишком красивы, у него не было и этого – гены ублюдка?папаши были слишком сильны. Сергей отдал бы полжизни, лишь бы избавиться от своего не вполне славянского разреза глаз и черных жестких волос, чтобы не вспоминать при каждом взгляде в зеркало, кто его отец.

Эти рассуждения не помогали успокоиться. Вечер был однозначно испорчен.

Прошло около получаса. Девушка лежала и читала толстую книгу. Её старший брат успел выкурить пару сигарет, искупаться и снова вернуться на своё место. Младший маялся от скуки. Он тоже поплавал, побросал камни в реку, поел, попил, снова искупался. А потом не придумал ничего лучше, чем набрать горсть песка, пройти по причалу и высыпать песок на голову старшего брата. Тот с недоумением встряхнулся и что?то негромко сказал мальчику.

В ответ раздалась целая речь, сопровождаемая активными жестами. Видимо, в какой?то момент старшему надоело это терпеть. Он лениво протянул руку и легонько толкнул мальчика в бок. Тот не смог удержать равновесие и свалился в реку.

Сергей ожидал, что спустя пару секунд мальчик вынырнет на поверхность воды, но этого не произошло. Он ощутил легкое беспокойство и непроизвольно начал отсчет времени.

Один. Два. Три… Восемь…

До старшего брата наконец дошло, что что?то неладно, и он прыгнул в воду.

… Пятнадцать…

Сергей вдруг подумал, что искать мальчика около мостков бесполезно – слишком быстрое течение, его уже унесло. Неожиданно для самого себя, не думая о том, что делает, Сергей вскочил и побежал вдоль берега, потом прямо в одежде полез в реку, несколько раз нырнул, пытаясь рассмотреть в мутной воде хоть что?то.

… Тридцать, тридцать один…

В какой?то момент Сергею показалось, что он видит мальчика чуть ниже по течению, и он поплыл в ту сторону.

Еще и еще раз нырнул, схватился за что?то, почувствовал скользкую человеческую кожу под своей рукой, ощутил одновременно ужас и облегчение, рванулся вместе с неподвижным телом на поверхность. Изо всех сил гребя ногами, задыхаясь, вытянул его на берег.

… Пятьдесят восемь, пятьдесят девять…

Мальчик не дышал. По его лицу расползалась синева.

Спустя целую вечность к ним подбежал старший брат и оттолкнул Сергея в сторону.