Тихоня

Неужели Ребекка Скотт одобрила мою выходку в отношении своего первого и главного поклонника?

– Не стоит так сильно удивляться, – покачала головой целительница. – Подчас Кассиусу полезно получать щелчки по самолюбию. Это его мобилизует. Да и вообще, смотреть, как Касс злится, – это так забавно.

Вот уж действительно странные отношения…

– Он меня не убьет? – осторожно осведомилась я, надеясь воспользоваться тем, что Скотт так доброжелательно настроена по отношению ко мне. Надо же, в конце концов, разведать ситуацию…

Ребекка рассмеялась, прикрывая рот изящной ладошкой.

О стоимости маникюра я могла только догадываться. Хотя и так было понятно, что Скотт – девушка не из дешевых.

– Кассиус? Что ты, – улыбнулась она. – Кассиус в жизни не поднимет руку на женщину. Он джентльмен. Хотя… Кассиус невероятно злопамятен… Думаю, что испортить тебе жизнь он все-таки постарается.

А я-то надеялась, что он все быстро и легко забудет. Он ведь джентльмен… Вроде как.

Ну или мы по-разному воспринимаем это понятие.

– Слушай, а ты не в курсе, что такого случилось, что вчера нас всех заперли по комнатам? – наугад спросила я у целительницы.

Та, к моему удивлению, со вздохом сказала:

– Произошло нападение на одного из преподавателей.

Да уж, это точно куда серьезней того странного дыма на студенческой вечеринке. И даже серьезней попыток вломиться в музей. Вот только…

– Но… кто?

Ребекка тихо вздохнула и ответила:

– Профессор Харрис, демонолог.

Так печально… Он ведь одинокий совсем. Так и живет в университете…

Про профессора Харриса мне слышать доводилось. Он действительно предпочел поселиться прямо в кампусе, в общежитии для преподавателей. Так немногие делали, все-таки собственное жилье всегда уютней.

В голосе целительницы звучало столько грусти, что я поневоле заподозрила самое худшее.

– Он что, умер?

Скотт охнула и замотала головой:

– Нет-нет! Он жив и даже в относительном порядке! Только ожог на запястье, но это, право, мелочи! Могло быть куда хуже!

Надо же… Столько подробностей! И откуда только такая осведомленность у прилежной студентки четвертого курса? Ну, ладно еще я со своим патологическим любопытством, но Скотт-то точно не имела привычки лезть везде без мыла!

– А тебе это откуда известно? – с подозрением спросила я у подружки Полоза.

Девушка улыбнулась:

– Кассиус сказал.

Замечательно.