Уют. Книги. Кофе

В художественном плане. Но Ник Ман – мастер любовного слова. Девушка читала уже пятую его книгу и вздыхала по мужским персонажам, как никогда. Современная проза для Серовой – нечто неинтересное. Девушка предпочитала все же больше фантастику. Но произведения Мана быстро влетели в бестселлер рунета и в ее сердечко. А как он описывал постельные сцены? С трепетом, с жаром, с нежностью и любовью. Страсть граничила с обладанием, а нервы трещали по швам.

Когда девушка откроет свое кафе, когда оно станет популярным… Именно тогда, она добудет контакт автора и пригласит на автограф-сессию.

– Ты дурочка, Серова. Его личность никому неизвестна, а он взял и приехал к тебе в магазин.

Вздохнула. Ник Ман не показывал свое лицо, предпочитая анонимность. Никто не знал, сколько ему лет, женат ли… Тайна, окутанная мраком, в общем-то.

– Лель, а это что, новая книжка порнушника? – мама заглянула на кухню.

Девушка вмиг перевернулся кладезь эмоций и положила на подоконник. Елизавета Петровна не понимала тяги дочери к чтению.

А еще не принимала никакую литературу, кроме детективов и классики. Алену это раздражало. Если не любишь какой-то жанр, то не надо навязывать свои предпочтения. Тем более, когда Леле уже не пять лет, а скоро тридцать. Она сама знает, что читать и смотреть.

– Ник Ман пишет очень красочно и красиво.

– Бульварщина, – фыркнула, – Кофе еще остался?

Леля промолчала. Маму она любила, но порой… Порой та ее злила. Обзывать одного из ее любимых авторов!

– Ты бы сама почитала, – проворчала, – А кофе еще остался.

Только молоть надо.

– Да вижу, – Елизавета загремела чашками, – Твой брат с утра уехал машину отдавать. Когда мать пригласишь в свое детище?

– Когда будет готово, – просто ответила и сделала глоток зеленого чая.

– Я могу помочь.

– Не надо, – поспешно выпалила Леля, за что и была награждена укоризненным взглядом.

– Это еще почему? – щелчок и мама включила плиту.

– Потому что мы будем с тобой ругаться, – Алена мечтала уже сбежать с кухни.

Елизавета Петровна женщиной слыла умной, но не мудрой. Она всегда много работала, любила готовить, обо всех заботилась… И жаждала всех поучать. Чтобы было по «ее» мнению. Андрей еще велся на подобные манипуляции, да и Аленка порой проглатывала мамины заскоки. Но не желала, чтобы ее жизнью управляли. Так было всегда… Аленка помнила, как хотела пойти учиться в музыкальную школу, а мама настояла на кружке по рисованию.