Пена мятежа

В затхлом, невентилируемом воздухе явно не хватало кислорода, и засиживаться на одном месте не следовало. Но отряд был вымотан, и нуждался хотя бы в кратком, но отдыхе.

– Марти, осмотрись, – лейтенант открыл свой рюкзак, и достал из него три маленьких бледно-голубых цилиндра. Поколебался несколько секунд, после чего два из них убрал, а третий повернул в середине на четверть оборота, и бросил в центр зала.

Послышалось легкое шипение, и вокруг цилиндра, на который был направлен луч фонаря, появились быстро разрастающиеся завихрения пыли.

Когда пыль образовала вокруг цилиндра кольцо диаметром почти три метра, шипение прекратилось. Но и дышать в зале стало гораздо легче. Теперь тут можно было устроить полноценный привал часа на три, которые Еремин собирался использовать по полной.

– Командир, – послышался из дальнего угла голос Марти Вейнса. – Тут фрески. И они не человеческие.

– Ясен пен, – парировал Купер, но лейтенант уже поднялся с пола. – Это же руины клоентов.

– На этих фресках нет клоентов, Алекс.

Но сородичи той крылатой твари тут есть.

И минуты не прошло, как вся группа стояла вокруг Вейнса, и в свете фонарей изучала изображенную на стене битву. Без сомнений древнюю, но при этом совершенно невообразимую. Странные, зеленокожие, немногим ниже человеческого роста существа с непропорционально длинными руками и ногами, вели бой с целой ордой сыплющихся с неба крылатых людей. Бой, судя по обилию взаимного огня, шел не просто за укрепленный район или конкретную высоту.

Бой шел на взаимное истребление. Вот кучка длинноруких из устройств, напоминающих автоматическое оружие, стреляют в налетающий на них рой. Несколько крылатых уже пикируют вниз, нелепо растопырив крылья, но неведомый автор мастерски передал чудовищность ситуации для пехотинцев. Им оставалось жить секунду, вечную секунду, застывшую в этой фреске.

В другом углу четверо зеленокожих с упоением отрывали руки раненому крылатому человеку, не замечая, как на них пикирует еще один. Чуть поодаль крылатый что-то кричал, и сразу несколько сотен зеленокожих держались за головы, побросав оружие, но не оставив поле страшной для них битвы.

Неизвестный художник без прикрас передал всю отчаянность положения зеленокожих. Они отступали в огромное каменное строение, неся чудовищные потери. Но при этом нанося не менее страшные потери крылатым противникам.

Сержант Марков отвернулся от фрески первым.

– Надо уходить, лейтенант. Засиделись.

– Группа, сбор три минуты.