Когда приходит шторм

Фиона с Марли накоротке; будет достаточно намека с моей стороны, чтобы в следующий вторник она пригласила подружку на пляжную вечеринку. Я рассмеялся. План начал принимать четкие очертания.

Скоро я свернул на гравийную дорогу, с обеих сторон окруженную водой. Проезд по ней был доступен только во время отлива. Эта песчаная коса – единственный путь на остров. Приходилось глядеть в оба, чтобы в темноте не сбиться с пути. Немногим разрешалось добираться до острова по ночам, однако я жил и работал исключительно там и знал расписание приливов и отливов наизусть.

Порой было жутко осознавать, что часто на острове нет ни единой человеческой души, кроме тебя.

Я припарковался возле своего домика. Реджи стоял на подоконнике, виляя хвостом. Словно теплом пахнуло…

Ну вот я и дома.

Как хорошо немного пробежаться перед сном вместе с Реджи! Как хорошо вдохнуть знакомые запахи собственного жилища – дерева, хвои, смолы, старых книг. И как хорошо улечься наконец в свою постель, радуясь, что хотя бы во сне не нужно ни о чем думать!

8.

 Марли

Наутро после вечера в баре я встала невыспавшейся. Будильник в телефоне прозвенел в восемь; я застонала и натянула на голову одеяло, проклиная себя за вчерашнее. Не помогло. А ведь сегодня у меня ответственный день.

Снова прозвенел будильник – на сей раз громче. Через мансардное окно проникали лучи солнца; доносились крики вездесущих чаек. С закрытыми глазами я нащупала на прикроватном столике телефон и выключила будильник.

Потом села и медленно провела ладонью по заспанному лицу.

Я чувствовала себя совершенно разбитой – вчера вернулась поздно и плохо спала: опять навалился кошмар, мучивший меня с четырех лет. Во сне присутствовал мой отец. В последний раз подобное случилось много месяцев назад, и я уже поверила, что положила конец токсичным отношениям. После нашего прощального разговора я уяснила, что не желаю больше впускать его в свою жизнь, и поверила – все позади.

И вот теперь выяснила, что заблуждалась. Вечер в баре опять кое-что вынес на поверхность.

Конечно, я вынуждена была признать, что отлично развлеклась с друзьями Фионы. Уилл и Блейк – действительно остроумные ребята, а Фиона… Меня опять словно обожгло – ведь они с Джеком вели себя так, словно очень близки! Я снова увидела ее руку на его плече, увидела, как пальцы поглаживают кожу, услышала, как она назвала его «малыш».